Магические звери и как их лечить: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Какая вы все же… — процедил доктор Браун и не подобрал слова. — Виртанен!

— Законная власть не против, — я схватила нечто, похожее на складное зеркальце в золотой рамке, украшенной рубинами, и вложила в руку дракона. — Берите и не спорьте уже!

С берега нас отпустили только когда уже стемнело. Сбежалась полиция, приехали солидные господа из местного отделения академии наук — нас опросили, записали наши показания и спасибо, что не стали обыскивать. Я сунула в руку сговорчивого полицейского несколько монет и повлекла доктора Брауна к мосту.

Мы сделали несколько добрых дел, пора и уходить, пока не принялись благодарить за это.

— Я от вас такого не ожидал! — произнес дракон, когда мы остались на пустынной улице без свидетелей. Все магазинчики и кафе уже закрылись, на полосатых навесах лежал теплый свет фонарей, а сверху, в бархатной черноте неба, уже легли звездные россыпи. В такую ночь надо гулять и любить, а не спорить.

— Кажется, я понимаю, почему вас изгнали на самом деле, — ответила я, и доктор Браун почти поперхнулся словами.

— И почему же?

— Потому что вы очень порядочный, — сказала я. — А порядочных никто не любит. Вот за вас и не заступились, а вы герой, вы вообще-то мир спасли.

Дракон некоторое время молчал, глядя на закрытое кафе и извозчика, который покуривал трубку неподалеку. Его лошадка меланхолично чем-то хрупала.

— Хотите сказать, нам надо было забрать клад? Полностью?

— Нет. Но нам даже полицейский разрешил взять побольше. Вот увидите, мы не получим свою десятую часть. Этот золотолом ведь драконий, верно? И часто драконы делятся своими сокровищами?

Доктор Браун криво усмехнулся.

— Ладно, Виртанен. Идите уже. Доброй ночи.

— Доброй ночи, — откликнулась я и пошагала к извозчику. Заняв место на жесткой лавке экипажа, я посмотрела вслед доктору Брауну — он свернул на Малую Фруктовую и шел по ней спокойным ровным шагом, не оборачиваясь.

Глава 4

Утром я пришла на работу и первым делом отправилась в комнату с ячейками к Карасю.

Карасище, который вчера не хотел со мной дружить, сегодня сменил гнев на милость — истосковался. Он изгрыз одну из игрушек, распустил на веревочки когтеточку и, когда я открыла ячейку, выпрыгнул из нее ко мне на руки, обнял лапками и горестно заворковал.

А чего бы вы думали? У бедного котиньки аллергия, он страдал и горевал, а тут еще со всех сторон живность какая-то, и все рады стараться, вогнали котика в стресс. Все это Карась намурчал мне на ухо, прижимаясь всем своим упитанным телом, а потом положил голову на мое плечо и умолк.

— Ты мой хороший, — говорила я, медленно бродя с ним мимо ячеек. Аксолотли увидели меня и вынырнули из воды, весело помахав голубыми лапками. Птич проснулся, поднял голову и негромко заржал — сегодня он выглядел намного лучше.

— Ты мой маленький Карасик, — приговаривала я. — Ты мой сладенький котик. Карасище, мы с тобой теперь богаты! Купим дом! Построим там тебе многоэтажную квартиру, с лазалками, с когтеточками!

От обещаний такого богатства Карась довольно заурчал. А я ведь почти до утра просидела, рассматривая добычу и не в силах заснуть. Дюжина монет, два кольца, с рубином и с изумрудом, да еще зеркальце в драгоценной оправе, которое я все-таки всучила доктору Брауну — да мы теперь миллионеры! Монеты были старинные, так что тут примешивалась не только цена золота, но и археологическая ценность.

Осталось найти того, кто в этом понимает, и потихонечку сбывать добро на сторону.

Нагладив Карася и пообещав обязательно заходить к нему в течение дня, я отправилась в приемную. Ветеринарная клиника откроется через час, но к открытию надо было подготовиться. Кот-фамильяр дремал на стойке с поистине королевским величием — свесил тяжелые лапы, величаво разложил длинное тело, уронил хвост. Я невольно залюбовалась им — вот почему кошки всегда такие элегантные? Как бы они ни сели и ни встали, как бы ни уложили лапы, получается изысканная красота…

Я полила цветы, разложила по местам бланки, вымыла пол в коридоре и приемной и только после этого заметила, что дверь в кабинет доктора Брауна приоткрыта, и оттуда идет свет.

Странно. Так рано пришел?

Осторожно заглянув внутрь, я увидела, что доктор спит на кушетке. Свой дорогой костюм он снял и аккуратно разместил на вешалке, переоделся в пижаму из вишневого шелка и лежал сейчас так, что в каждой черточке его сильного тела дымилась усталость.

Я замерла, боясь разбудить его. Почему он домой-то не пошел? Или дома у него теперь тоже нет — но тогда это вообще ни в какие ворота не лезет. Тогда я была права, когда заставила доктора Брауна взять это зеркальце или что там такое было. Купит теперь приличное жилье…

Глаза доктора шевельнулись под веками, он тяжело вздохнул и посмотрел на меня. Расслабленное после сна выражение лица ушло: было ясно, что доктор Браун, мягко говоря, не очень-то рад меня видеть.

— Виртанен, — недовольно произнес он, словно увидел таракана на безукоризненном кафеле своего кабинета. Сел на кушетке, и я вдруг почувствовала, что краснею.

Словно застала его, простите, голым.