То, что произошло потом, Саша помнила плохо. Лохматый мужик с парочкой таджиков побродил по кладбищу, потом, никого не найдя, посадил её в автобус. Кондукторша долго ждала и сильно ругалась, пока Саша — руки тряслись — искала свой проездной. Потом она ехала, затем шла пешком до общаги. Снова через злополучный парк, слава Богу на этот раз обошлось, всё было как в тумане. Придя домой бедняга, завалилась на постель и тут же уснула. И, конечно же, ей приснился очкастый карлик.
Скрюченный, он бежал за ней по кладбищу, размахивал наконечником копья и, пронзительно смеясь, верещал: «А-ха-ха, эс-эм-эска пхг… ишла! Эс-эм-эска пхг… ишла!». Где-то вдалеке, взобравшись на могильную плиту, лохматый работник кладбища во фраке, в бабочке и в резиновых сапогах манерно распевал партию герцога из «Риголетто».
Из этого кошмара Сашу вывел резкий звук будильника. Она вскочила и тут же упала на кровать, уткнувшись во влажную подушку лицом. Через пару часов от общажного консьержа Митрича, девушка узнала о том, что в парке обнаружили тело Биты — в синяках и с колотой раной на груди.
Старший следователь Пал Палыч Кропоткин — именно так он представился — сидел за заваленным потёртыми папками столом и сосредоточенно тыкал пальцами в клавиатуру. Это был плотный мужчина под пятьдесят, с низким морщинистым лбом и густыми тёмными бровями.
— Значит, Александра Андреевна, вы утверждаете, что Биткина и Саенко зарезал один и тот же человек, и зовут его Егор Андреевич Пятаев. Так?
— Совершенно верно — Егор Андреевич Пятаев, только не зовут, а звали, — тут же поправила Саша. — Он же это… того… помер.
Следователь приторно улыбнулся, точно кот Леопольд из мультика.
— Этот же Пятаев ещё и похитил вашу подругу Ольгу Комкову?
— Лёльку.
Кропоткин покачал головой.
— А ещё, гражданка Борисова, вы утверждаете, что этот самый Пятаев сейчас охотится за вами? Правда вы в этом не совсем уверены, потому что он на днях был похоронен на Загорковском кладбище?
Изрядно подустав выдерживать серьёзную мину, следователь скорчил кислую гримасу и отрешенно посмотрел в окно; беседа Пал Палыча явно тяготила.
— Я не утверждаю, что именно он там похоронен! Но могилка, оформленная на его имя, там точно есть. Что в ней… точнее кто — я этого не знаю: может там пустой гроб; может в гробу кто-то другой, но уж только не этот Пятаев.
— Вы утверждаете это на основании того, что тот самый Пятаев, именно тот, про которого вы сейчас говорите, бродит среди могил с копьём в руке как истинный спартанец… или индеец? Может Чингачгук?
Саша вспыхнула:
— Нет!.. Как Ахилес, в исполнении Бреда Пита. А может и сам Бред Пит там бродит… а может быть — они оба. Не надо ерничать, товарищ следователь, и не надо меня принимать за сумасшедшую! Этот Пятаев не бродит средь могил, а просто преследует меня. Я пошла на кладбище, выяснить там он или нет, а он шёл за мной.
— Кто он-то? Покойник?
— Да не покойник! И не призрак! — Саша всхлипнула… и расплакалась. — А может и призрак. Я уже сама не понимаю, что происходит. Да, всё это звучит дико, но что мне прикажете делать? В больнице сказали, что парень умер, я была на его могиле, потом мы разговаривали по телефону, и тут он вышел из кустов. Я его узнала.
Кропоткин взял графин и налил воды.
— Вот, выпейте и успокойтесь, потом расскажите всё по порядку.
Саша в несколько глотков осушила стакан, поставила его на поднос трясущейся рукой.
— Мы спешили, Бита его ударил…
— Бита — это зарезанный накануне Биткин Владимир? — снова уточнил Кропоткин.
— Он самый, кто же ещё? Так вот, Бита ударил этого заику…
— Пятаева?
— Он упал, начал трястись. Мы с Лёлькой уложили его на лавку. а потом побежали на экзамен. Мы же не знали, что у него с сердцем проблемы. А потом Макс припугнул меня какой-то там статьёй из кодекса. Я испугалась.
— Сто двадцать пятая — «Заведомое оставление без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии», ясненько.
— А нас, правда, за это посадить могут? Ну за то, что мы заике скорую не вызвали?
— Вас, навряд ли, а вот Биткина, если смерть Пятаева наступила по его вине, могли бы вполне, — Кропоткин снова начал стучать по клавиатуре, Саша облегчённо вздохнула.
— Слава богу, а то ведь и этот мне сообщение прислал, тоже про эту статью.