Но я остаюсь напряжена до тех пор, пока мы не садимся в машину Александра, стоящую недалеко от джипа охраны. Как я ее не заметила сразу? Более или менее расслабиться получается, только когда Александр заводит двигатель и отъезжает от дома. С территории нас тоже без проблем выпускают, а через несколько минут мы оказываемся на безлюдной трассе.
Вот тогда окончательно выдыхаю.
Усталость наваливается на плечи, прислоняюсь к спинке сиденье, упираясь затылком в подголовник, прикрываю глаза.
— Расскажи, что произошло с Алесей, — прошу, когда чувствую, что меня начинает клонить в сон.
Александр пару секунд молчит, после чего тяжело вздыхает.
— Ее забрала твоя няня. Герман попросил, — произносит слишком спокойно.
Зато меня буквально подбрасывает на месте. Распахиваю веки, впериваю шокированный взгляд в Александра.
— Что? — произношу не громче выдоха. — Зинаида Павловна не могла…
Нет. Из садика Алесю она забрать могла. Я вписала ее контакт как доверенное лицо, вместе с Ингой. Просто на всякий случай. Я была уверена, что Зинаида Павловна никогда не навредит моей дочке. Она же о ней заботилась. Неужели ошиблась в еще одном человеке?
— Какие бы мысли ни вертелись в твоей голове, выбрось их, — довольно жестко произносит Александр, из-за чего вихрь из мыслей успокаивается. Сосредотачиваюсь на мужчине. — Няня хотела защитить твою дочку. Она видела, что Герман неадекватный, именно поэтому согласилась забрать Алесю, чтобы отвезти ее к себе домой и связаться с тобой. Просто мои люди перехватили ее раньше.
Тепло разливается в груди. Все-таки Зинаида Павловна меня не подвела.
— А почему Герман сам не забрал Алесю? — хмурюсь.
Он же отец. Ему бы в любом случае отдали девочку, даже несмотря на то, что я попросила воспитательницу и западающую этого не делать.
— Видимо, прознал, что мои люди наблюдают за детским садом, поэтому решил действовать обходными путями, — Александр с такой силой стискивает руль, что тот трещит.
Мои же глаза округляются.
— С каких пор? — едва выдавливаю из себя. — С каких пор за моей дочкой следят?
— С тех пор, как ей начал угрожать тот мужчина. Прости, не назову тебе его имя. Не нужно тебе его знать, — Александр не отводит пристального взгляда от дороги, но я вижу, что его черты лица заостряются.
— Но почему? — ничего не понимаю.
Растерянность становится моей спутницей.
— Ты же не думала, что я оставлю своих девочек без присмотра? — бросает на меня негодующий взгляд.
Вина пронзает меня вместе с очередной догадкой.
— За мной тоже следили? — сцепляю руки, лежащие на коленях, переплетая похолодевшие пальцы.
— Да, — просто отвечает Александр.
— Тогда почему Герман до меня добрался? — мелкая дрожь сотрясает тело. Но взгляда от Александра не отвожу. Поэтому замечаю, как плечи мужчины напрягаются.
— Потому что ты была в моем здании. Они расслабились и не уследили за тем, когда ты вышла, — выпаливает на одном дыхании Александр, поджимает губы. Не сразу понимаю, что меня смущает, но когда осознаю, сердце пропускает удар. Александр винит себя, что не углядел за мной? Но он же улетел. Или нет? Жаль, что вопрос задать не успеваю, Александр меня опережает. — Герман… он ничего тебе не сделал? — так сильно стискивает челюсти, что я слышу скрип.
— Нет, — спешу успокоить мужчину. — Не успел.
Александр шумно выдыхает. Его плечи заметно расслабляются.
— Хорошо, — произносит облегчено. После чего бросает на меня короткий взгляд. — Поспи, ты устала, а нам долго ехать. Мы позже поговорим.
Стоит мужчине произнести заветное слово “сон”, тьма начинает тянуть меня в свои объятья. Глаза слипаются, поэтому решаю воспользоваться предложением Александра. Тем более, разговор от нас никуда не убежит.
— Спасибо, — бормочу сквозь сон. — За все…