Крылья Севастополя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В декабре 1942 года он пробился на прием к командующему ВВС Военно-Морского Флота. Затем к самому наркому ВМФ. Оказалось, что легче взлететь к небу, чем на земле доказать свою правоту и свое право. Но Захар доказал.

Снова тренировки, как в былые годы в аэроклубе, провозные полеты, самостоятельные вылеты на патрулирование, и наконец, первый после возвращения в строй боевой вылет. В воздухе, в бою с «мессером» позабыл даже, что ноги «обуты» в протезы. Шесть вражеских машин он сбил до ранения, получив за это первый орден Красного Знамени. Этим, седьмым, открыл новый счет - счет за славного товарища, любимого командира Бориса Сафонова.

В августе 1944 года, за несколько дней до нашего полета на Констанцу, был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Захару Артемовичу Сорокину звания Героя Советского Союза. Всего он уничтожил, летая с протезами, двенадцать вражеских машин и довел общий боевой счет до восемнадцати воздушных побед!

…Все эти воспоминания вихрем пронеслись в моей голове, когда в наушниках раздалось знакомое: «Не дрейфь, я рядом, сам дрожу!» На миг даже позабыл, где я и что я… Из оцепенения вывел возбужденный голос стрелка-радиста Виктора Бондарева:

- Слева вижу «худых»! Слева вижу «худых»!

Не успел я ответить, как послышался спокойный голос Захара:

- Пор-р-рядочек, вижу «худых». Сейчас встретим!

Восьмерка непосредственного прикрытия даже не шелохнулась, строго выдерживая курс. Я выглянул в левое окошко: со стороны солнца на нас круто планировали два «мессера», еще пара держала высоту, не снижалась, ожидая удобного момента. Наперерез пикирующим «худым» [230] уже кинулась пара наших «яков». Самолеты стремительно сближались.

- Атакую! Следите за верхними! - слышу голос Захара.

Значит, это он идет наперерез. Ну, фашистам несдобровать!

Но немцы даже не решились сблизиться, резко отвернули, взмыли в сторону солнца…

Да, враг теперь уже не тот, каким был прежде - нахальным, уверенным в своем превосходстве, спесь давно сбита с фашистских асов.

Впереди Констанца. Еще чуть-чуть - и можно ложиться на боевой курс.

- Миня, приготовиться, - говорю Уткину.

- Есть, - обычным, чуть глуховатым голосом, отвечает он.

Быстрый разворот, чтобы поближе подойти к порту, а потом крутым виражом выйти на боевой курс, сократить время нахождения на прямой. Под правое крыло уже подползает знакомый мол Констанцы.

- Разворот! - бросаю я.

Окидываю взглядом порт, сравниваю с фотоснимком, который до деталей изучил вчера. Как всегда, вслух обрисовываю обстановку, чтобы слышал весь экипаж:

- Два транспорта - на месте, миноносцы, баржи - в том же положении, катера…

Впрочем, катера уже роли не играют. Еще несколько секунд, и можно отворачивать. За воздухом смотреть некогда, полагаюсь на Захара и его товарищей. А вот как зенитки - ведь высота всего 5000? Как бы успокаивая мою тревогу, - голос Виктора Бондарева:

- Бьют зенитки, но разрывы далеко. В воздухе спокойно.

- Где наши? - спрашивает Уткин.

- Вот они, рядышком, - отвечает Виктор.

А я смотрю, не отрываясь, за портом. Покосился на фотоаппарат: лампочка мигает - порядок. Но фотоснимки будут готовы через час, не раньше, а мне надо сразу, как только пройдем порт и отвернем в море, передать по радио, что я видел в порту: в Одессе на аэродроме ждет целая дивизия бомбардировщиков, она поднимется в воздух, как только поступит сигнал от нас. Армада пойдет на небольшой высоте, поэтому должна точно знать, куда направлять удар - на боевом курсе рассматривать и менять направление некогда. [231]

…Порт медленно проплывает под самолетом. Все! Конец фотографирования!

- Отворот! - командует Уткин.

Снова головокружительный вираж, и мы со снижением уходим в море.

Пора давать радиограмму. Докладываю коротко, открытым текстом (шифровать-расшифровывать некогда):

- Дислокация без изменений. Дислокация без изменений.

Приглушенный расстоянием голос отвечает: