Я коротко кивнул и вышел из его кабинета с намерением направиться прямиком в свой, но Брамм проревел из кухни:
— Йоу, Кей Би! Быстро тащи сюда свой зад. Олсен раздает приказы, будто кто-то его главным назначил.
Я вздохнул и решил, что чем быстрее появлюсь перед парнями, тем быстрее смогу забрать своё дерьмовое настроение с собой домой. Так что я натянул улыбку и прошёл на кухню, где все заполнялись кофеином и едой на день.
Я подошёл к Олсену и усмехнулся.
— Тебе напомнить, кто главный?
Олсен хохотнул.
— С этой подбитой рукой? Хотел бы я посмотреть, как ты попробуешь.
— Уверен, я смог бы одолеть тебя с вывихами обеих рук. Хочешь проверить теорию?
— Нет, спасибо. Плюс, если ты сломаешь мне руку, кто будет помогать тебе в квартире?
Затем вмешался Брамм, с набитым тостом ртом.
— Уверен, у него длинный список фанаток, умирающих от желания поиграть с ним в медсестру. Например, та цыпочка Саммер.
Мой желудок скрутило при упоминании его имени. Именно этих разговоров я и хотел избежать сегодня утром, и это было идеальное время, чтобы уйти, прежде чем мрачная туча, которую мне удавалось сдерживать пять минут, вернётся обратно.
— Ох, верно, — кивнул Олсен. — Она ведь приходила тогда утром, чтобы предложить свои услуги, да?
Сандерсон заворчал.
— Она и другой большой фанат Кей Би.
Мой кто? Я повернулся в сторону Сандерсона и увидел, как его верхняя губа злобно изогнулась.
Он смотрел мне прямо в глаза.
— Я имею в виду, что если Саммер не выполнит работу, ты всегда можешь пригласить на помощь нашего местного станционного педика. Кажется, он более чем готов поучаствовать.
Будто кто-то щёлкнул переключатель, внутри меня забурлила ослепляющая ярость, подпитанная больными тирадами Сандерсона, и перед глазами у меня появилась красная пелена, и я сорвался, прежде чем успел осознать, что делаю.
Я выбросил вперёд правую руку, скидывая полную тарелку его еды на пол, и прежде чем этот ублюдок успел моргнуть, я накинулся на него.
— Что ты сказал, чёрт возьми?
— Кей Би! — крикнул кто-то сзади, но я не обращал внимания ни на кого, кроме куска дерьма передо мной.
Моё сердце колотилось, кровь звенела в ушах, и я знал, что перехожу черту, собираясь избивать другого сотрудника, но мне надоело мириться с его гомофобными придурковатыми замашками.
Я был на пару добрых дюймов выше Сандерсона и на несколько фунтов мышц больше. Он пытался оттолкнуться, но я надвигался, пока не оказался всего в дюймах от его лица, впившись в него взглядом.
— Продолжай, — сказал я, сжимая зубы так сильно, что резцы могли треснуть. — Повтори ещё раз. Попробуй, чёрт возьми.
— Кей Би, он не стоит твоей работы!
Олсен. Это был определённо Олсен, но я не слушал. Все эмоции прошедшей пары недель — вина за тот первый вечер, когда Сандерсон распустил язык, моё собственное замешательство из-за чувств к Башу, плюс мысли обо всех людях в моей жизни, которых я любил, и которых любили они — всплыли на поверхность, и я сдёрнул Сандерсона с тумбочки, а затем толкнул его обратно в неё.
Из него вырвался поток воздуха, и чувству удовлетворения удалось проскользнуть через стальную трубу, которую я будто чувствовал в груди. Может у меня не было возможности ударить кулаком по его отвратительной морде, но я определённо донёс свою мысль.
Он поморщился и поднял подбородок, будто это каким-то образом должно было заставить меня отступить, но мне только захотелось скинуть слинг и врезать ему.
— Знаешь, ты довольно сильно защищаешь кого-то, кто хочет тебе отсосать. Может просто разрешишь ему это сделать и избавишься от своего напряжения.