Читать книгу «Дикие сыщики» онлайн.

— Да я понимаю, — сказал я. — Как магнит.

— Именно. И в данном случае этот магнит к себе тянет всякую дрянь, страшную дрянь, а Мария — ребёнок, не улавливает, не видит опасности, ты понимаешь, в чём дело? Она ей помочь хочет вылезти из этой дряни — не думая о себе, о последствиях, риске. Попросту говоря, моя дочь считает, что эту подругу… эту, не знаю, знакомую, можно вырвать из порочного круга.

— Догадываюсь, на что вы намекаете, сеньор… то есть, Квим.

— Да? И на что же, по-твоему?

— На сутенёра этой самой Лупе.

— В самую точку, Гарсиа Мадеро. В этом-то весь вопрос. Сутенёр. Смотри, для него она что? Источник средств к существованию, его бизнес, карьера, работа, его профессия, если угодно. А что делается с человеком, когда он теряет работу? Скажи мне.

— Он озлобляется.

— Он озлобляется на весь свет. А на кого в первую очередь? Да на того, кто эту работу забрал. Не будет же он мстить всем подряд, — хотя, может, и будет, но в первую очередь наверняка захочет добраться до тех, кто оставил его без работы. А теперь спросим, кто подкинул ему эту подлянку? Моя дочь и подкинула. Так на кого же он озлобится? На неё и озлобится. А заодно на всю нашу семью, уж это как водится, против всех нас — слепая и страшная месть. Клянусь тебе, что по ночам мне такое лезет в голову, — тут он издал неловкий смешок, пристально глядя в траву и, очевидно, припомнив, что именно снится ему по ночам, — такое, что у храбреца волосы дыбом встанут, не то что у меня. Вроде бы я, знаешь, в Мехико, а посмотришь по сторонам — и уже никакой не Мехико. То есть несуществующий город, но я-то его узнаю, потому что он мне уже снился… Ничего, что я всё это тебе рассказываю? Не скучно?

— Да нет, пожалуйста.

— Ну вот, такой город, частями знакомый, частями незнакомый. И я всё брожу по нескончаемым улицам и ищу, куда бы меня пустили, гостиницу или, может, комнату кто сдаёт. И ничего не найти. Встречаю я только фальшивого глухонемого. И, главное, уже темнеет, а если меня здесь застанет ночь, я пропал, понимаешь? Как в дикой природе, на милость стихиям… Гнусный сон, одним словом, — добавил он раздумчиво.

— Ну хорошо, Квим, пойду посмотрю, дома ли девочки.

— Конечно, — сказал он, не отпуская моей руки.

— Я зайду попрощаться, — зачем-то сказал я.

— Мне понравилось, как ты себя с ними вёл — там, вчера. Мне понравилось, что ты не бросил Марию, не побежал за этими девками.

— Квим, там была только Лупе… А друзья моих друзей — мои друзья, — сказал я, покраснев до ушей.

— Ладно, давай, ты же к девочкам шёл. У них там уже кто-то сидит. Они там набиваются, как… — но не закончил, как что, засмеялся.

Я поспешил удалиться как можно быстрее.

Когда я ступил в патио, я обернулся. Квим Фонт стоял на том же месте и тихонько смеялся, рассматривая магнолии.

Еще один день в доме Фонтов. Квим открыл калитку и заключил меня в объятия. Во флигельке сидели Мария, Анхелика и Эрнесто Сан Эпифанио — все на кровати Анхелики. Когда я входил, они инстинктивно сомкнулись в ещё более тесный кружок, будто пряча от постороннего взгляда то, что они там рассматривали. Мне показалось, они ждали Панчо. Когда все увидели, что это я, обстановка ничуть не разрядилась.

— Научись запирать дверь на ключ, — сказала Анхелика. — А то у меня чуть родимчика не было.

У Марии лицо смуглое, а у Анхелики белоснежное, но с каким-то румянцем, переливающимся под кожей, — может, не розовым, а, скорее, оливковым, — с высокими скулами, широким лбом, губы у неё пухлее, чем у сестры. Когда я увидел Анхелику, — точнее, увидел, что она на меня смотрит (в другие разы она не смотрела), то почувствовал, как рука длинными, тонкими, нежными пальцами, но с чудовищной силой сжимает мне сердце. Никто — ни Белано, ни Лима — не оценил бы избитого образа, а между тем он точнее всего выражал, что я испытывал.

— Не я последняя входила, — сказала Мария.

— Ты и входила, — уверенно, чуть ли не нравоучительно заявила Анхелика, и я подумал: по тону она претендует на роль старшей, не младшей, сестры. — Накинь крючок и сядь куда-нибудь, — распорядилась она уже мне.

Я поступил, как велели. Занавески были задёрнуты, свет, проходящий сквозь них, был зелёный с жёлтыми лучиками. Я сел на стул рядом с книжными полками и спросил, что они смотрят. Эрнесто Сан Эпифанио поднял голову и изучал меня несколько мгновений.

— Это ты попросил у меня списать названия книжек?

— Ага. Брайан Паттен, Адриан Хенри и ещё кто-то, не помню.

— «Пропавшая пожарная бригада», Спайк Хокинс.

— Точно.

— И чего, купил? — в его голосе сквозил лёгкий сарказм.

— Пока нет, но я этим займусь.