Сердце сжалось. Джемма не говорила, что лгала, устраивая меня. Но, Боже, это так в её духе. Она бы сделала всё, чтобы защитить меня. Даже соврала про моего «мужа». Я готова была задушить её за это — и одновременно обнять. Она сделала это из любви. А теперь ей грозит опасность из-за моего прошлого.
Я не могла даже подобрать слова. То, что Вон может разрушить всё, что Джемма с таким трудом построила, казалось невыносимо несправедливым. Жестоким.
Он это почувствовал. Его брови нахмурились, он подошёл ближе. Я застыла от страха, не в силах отступить, когда его одеколон накрыл меня жгучей волной. Он схватил меня за руку и притянул к себе.
— Я сожгу за тобой все мосты, Рут. Разрушу всё, что ты тут выстроила. Чтобы у тебя остался только один путь — ко мне.
Мои губы задрожали, хотя я поклялась положить конец этому безумию.
— Ты сейчас звучишь как сумасшедший. Ты знаешь это?
Рук поднял глаза от телефона, взгляд скользнул по мне, будто он меня узнал. Потом он ушёл дальше по коридору. Я снова повернулась к Вону. Его рыхлое лицо наливалось злобным красным.
— Ты не посмеешь разрушить карьеру Джеммы из-за этого. Я не позволю.
Он отпустил меня и поднял телефон. На экране — сайт Kiss-Met. Его палец застыл над номером Дженис.
— Я могу оставить сообщение твоей начальнице. Как думаешь, чем это кончится? Сначала Джемма потеряет работу. Потом ты — своё жалкое место. А потом я займусь твоим новым бойфрендом.
Я побледнела.
— Пустые угрозы. На него у тебя ничего нет.
Он приподнял брови.
— Ты в этом уверена? Проверим?
Каждая фибра моей натуры взвилась. Я не позволю этому гниде решать, как мне жить. Я уставилась на него, сдвигая брови. Мысли бешено перебирали возможные варианты.
Я знала Вона. Он не блефует. Врёт — да. Мошенничает — конечно. Но не блефует. У него нет причин не нажать на кнопку. Тем более, доброта для него — не ценность. Грант на это исследование стоил сотни тысяч долларов. Один его оклад переваливал за шесть цифр. В нашей сфере это мечта. Ради этого он готов был на всё.
Он действительно мог это сделать. Позвонить. И тогда Джемма лишится работы. Дженис, как руководитель, не сможет закрыть на это глаза. А значит, уволят и меня. Мы обе останемся ни с чем.
И я никогда себе не прощу, если по моей вине Джемма потеряет единственную работу, которую она любила всем сердцем.
Если бы я сейчас пошла с Воном, Джемма была бы в безопасности. Меня бы ожидали пять лет профессионального рабства с ним, и сама эта мысль казалась мне запредельно невыносимой. Моё сердце рвалось из груди, дыхание стало поверхностным и прерывистым. Я почти физически ощущала, как с каждым вдохом на меня опускается тяжесть — словно грудь мне придавили стопкой средневековых фолиантов. А ведь всё это происходило бы ещё и за границей.
Но Джемма.
Я могла бы сказать ему, что согласна, и, возможно, это дало бы мне немного времени, чтобы всё обсудить с ней. Может, мы поговорили бы с Дженис. Но даже в этом случае Джемма рисковала потерять работу. А как только бы узнала, что Вон вернулся и шантажирует меня, она включила бы свою личную армию презрения и ярости. Уволилась бы и сделала какую-нибудь совершенно безумную глупость, чтобы отомстить — скорее всего, незаконную. И тогда всё стало бы только хуже.
Значит, оставался единственный честный выход. И Вон это знал. По самодовольному изгибу губ, по подёргивающейся брови — всё в его лице говорило: он уже просчитал все ходы. И он знал, какой из них я сделаю. Он убрал телефон, выключив экран, и засунул его в карман своих штанов цвета хаки.
— Дай мне шанс, Рути. Я тебя хорошо знаю.
Мой взгляд стал ледяным.
— Да, ты у нас гений.
— Ты тоже умная, — продолжил он, пристально следя за мной. — Вот почему я и настаиваю, чтобы ты пошла со мной сейчас. Советую сказать своему доктору, что ты передумала и уезжаешь сегодня со мной.
Воздух моментально вышел из лёгких.
— Сейчас? Я не думала, что ты буквально... Вон, я вообще-то сейчас на... — Я запнулась. На чём? На свидании? Господи, Рут. Ты переспала с ним два — ну ладно, полтора — раза, и уже решила, что это что-то серьёзное?
— Я имею в виду — дай ему понять, что ты сама этого хочешь, Рут. Иначе твой рыцарь в блестящем смокинге тут же бросится спасать тебя, и весь наш план пойдёт прахом.
Кэл бы точно попытался меня спасти. Сделал бы какую-нибудь глупость — рассказал бы Джемме, Дженис… может, даже ударил бы Вона. А такие истории точно не идут на пользу клиникам, получающим награды. Особенно если речь о драке прямо на церемонии. Я сжала зубы.