Огонек появился прямо передо мной. Подняв голову, я умолял:
— Прошу, скажи, что ничего из этого пока не случилось.
Он вспыхнул ярче, прежде чем исчезнуть, и на его месте возникла рыцарь. Я уставился на ее доспехи, сначала ничего не понимая, а потом сообразил. Это та рыцарь, что руководила нападением, или будет руководить.
Я должен спешить.
Сжав кулаки, я встал.
И вдруг снова оказался в седле, у подножия холма. Прошу, боги, скажите мне, что увиденное еще не случилось.
Я вызвал моих лучших рыцарей и приказал им ехать со мной в Торнхолл, чтобы убедиться, что его жители вне опасности.
Только мы добрались до вершины холма, как услышали последние крики.
Услышали крики и учуяли кровь.
Я всех их убью. Истреблю всех полубогов в мире, раз и навсегда.
Я привел свое войско в поселение, но успел лишь увидеть, как рыцарь в черной броне, стоящий на вершине противоположного холма, поднимает к небу меч из драконьей кости, подавая своим воинам знак покинуть долину.
Это та рыцарь, что вела наступление. Та же, что в моем видении. Я хорошо запомнил ее доспехи. Идущий от нее запах смерти, который никогда не смогу забыть.
Мы опоздали.
Я поклялся найти эту полубогиню и убить ее вместо со всеми жителями Алзора. Они сделали меня тем, кем я никогда не хотел быть.
Они отравили мое сердце ненавистью.
И я проклинаю этого рыцаря, обратившись за помощью к единственному из богов, кто хотя бы иногда приходил на помощь демонам.
Плутон лишь ухмыльнулся мне в ответ. Он покачал головой, но принял мою просьбу.
Боги и их игры.
Я обещал уничтожить Алзор, но сначала должен был разыскать ту милую девушку и спасти ее от судьбы, ожидающей ее королевство. И если у нее внутри тоже звенело желание найти меня, я был уверен — скоро мы встретимся.
ГЛАВА 26
АЛИРА
Он возвращался во Флорум, чтобы найти меня? Я смотрю Калелу в глаза. С каждой секундой, зависшей между нами, они все больше разбивают мне сердце.
— Ты хотела стать модисткой, помнишь? — грустно усмехается он.
Слезы обжигают мои глаза.
— За твою доброту я хотел спасти тебя от судьбы, уготованной твоему королевству. Но учуяв на тебе запах смерти во Флоруме, я понял, что ты была в тот день в Торнхолле. Я не мог заставить себя тебя убить, потому что не был уверен в том, какую роль ты сыграла в нападении, — он умолкает и проводит большим пальцем по моей щеке. — А потом мы получили письмо. Что-то глубоко внутри меня подсказывало, что я должен принять просьбу. Так что я согласился жениться на загадочной дочери Венеры. Увидев твои доспехи, я понял, что ты и есть та рыцарь, которую я искал. Я знал, что ты сделала и был готов сначала убить тебя в гостиной, а потом сжечь дотла все твое королевство… — он сжимает губы, будто хочет еще что-то сказать об этом, но молчит.
От услышанной правды мое сердце бешено стучит. Челюсть подрагивает, и меня будто сковывает холод.
— Потом ты сняла шлем, и я увидел тебя, — он запускает пальцы в мои волосы и растрепывает их. — Почему это должна была быть ты? — шепчет он, и я по голосу слышу, как разбивается его сердце.
Поэтому он выглядел таким изумленным, когда в последний раз убил меня во временной петле? Я видела его глаза, и те чувства, что промелькнули в них, когда он увидел мои серебряные волосы. Что-то сжимается у меня в груди. Очень много в прошлом я хотела бы изменить.
— Мне жаль, что это я, Калел, — слезы капают с моего подбородка.
Его взгляд смягчается, он кладет руку мне на затылок и наклоняется, пока наши лбы не соприкасаются.