– Именно так. А поскольку отец сейчас в разъездах по поручению совета и мама присматривает за Салли одна, я решил ей помочь.
Хотя его решение не облегчит жизнь никому из нас в ближайшие месяцы, я могла понять его решение. Его семья жила недалеко от академии, так что его возвращение было вполне объяснимо.
– Эланор, я знаю, что будет нелегко, – продолжал Элайджа. – Но академия большая, я постараюсь не попадаться тебе на глаза.
Я отрывисто кивнула.
– В каком классе ты будешь учиться? – спросила я, хотя разум подсказывал, что нам лучше как можно меньше общаться. Но предательское сердце с ним не соглашалось.
Элайджа смущенно засунул руки в карманы джинсов и быстро взглянул через мое плечо на списки.
– Кажется, в том же, что и ты, – тихо признался он.
Засмеявшись, я скрестила руки на груди:
– А как же иначе…
– Мы справимся, – сказал он, но звучало это неубедительно.
– Так же, как ты справился с расставанием со мной по телефону, когда уже был на пути в Финляндию? – вырвалось у меня. Проклятье. Зачем я затеяла этот разговор именно сейчас? «Ты же хотела поставить точку, Эланор», – упрекнул меня внутренний голос.
– Я просто не смог бы увидеть тебя снова. Иначе мне не хватило бы сил держаться от тебя подальше, – ответил Элайджа, и в его глазах промелькнуло смирение.
И от одной этой реакции у меня на глаза навернулись слезы.
– Ты прав. Лучше, если мы будем держаться подальше друг от друга. Даже здесь, – едва слышно выдохнула я, отвернулась и ушла.
Мне было невыносимо находиться рядом с ним. Все внутри меня взывало к нему. К парню, который так долго оставался моим самым главным секретом и которому принадлежало мое сердце. Я скучала по его дыханию на моей коже, по его губам на моих губах. По его чуть шершавым ладоням, которые он запускал мне в волосы. Но все это осталось в прошлом. Ведь всего один поцелуй может разрушить все.
– Мне нужно с тобой поговорить. – Голос брата вырвал меня из хаотичных воспоминаний.
Очевидно, ноги сами понесли меня к буфету. Желудок громко заурчал при виде аппетитных лакомств. Я судорожно схватила клубничный капкейк и вгрызлась в него. Затем переключила все свое внимание на Пакстона.
– Что-то случилось? – пробормотала я с набитым ртом.
– Перед тем как нас прервала мисс Гибсон, я собирался тебе кое-что сказать. – Он почесал затылок, как всегда делал, когда о чем-то задумывался.
– Ну так выкладывай, – откликнулась я, потянувшись за вторым капкейком. Пожалуй, это лучшее лекарство для сердца, разбитого любовной тоской.
– Так вот… Элайджа тоже будет учиться последний год здесь, в академии. Я знаю, это некстати, но в его семье произошел несчастный случай, – выпалил он скороговоркой, на одном дыхании.
Мой взгляд ненадолго задержался на Пакстоне, в глазах которого сейчас отражались самые разные эмоции: сначала беспокойство, затем сомнение.
– С этой новостью ты немного опоздал, братишка. Я только что с ним столкнулась.
Пакстон тяжело вздохнул и скрестил руки, отчего белая рубашка натянулась на груди.
– Вот дерьмо. Я не хотел, чтобы он застал тебя врасплох.
– А он и не застал.
– Эланор… пожалуйста, пообещай мне, что вы будете держаться друг от друга подальше. Ты знаешь о проклятии, а видения лунных фей не лгут, – прошептал он.
– Знаю, – отозвалась я, но никаких обещаний давать не стала. Возможно, виной тому была искра надежды, которую я одновременно проклинала и бережно хранила в глубине души.
– Уверена? – уточнил брат. – Не забывай, что он бросил тебя после видения и уехал в Финляндию. Даже если это к лучшему для всех, он оставил тебя и даже глазом не моргнул.
Честность Пакстона пронзила мое сердце, как стрела. И объяснения Элайджи ничего не изменят, ведь когда-то мы обещали всегда быть рядом друг с другом.