Он был методичен в своем выбранном наказании, один удар следовал за другим, пока я сдерживала единственный крик. Зачем давать ему хоть секунду удовлетворения?
Но слезы жгли мне глаза. Мне нужно было провести время в ванной, чтобы снова выглядеть презентабельно.
«Ты молодец. Мне не нравится, что мне приходится это делать, но плохие девочки заслуживают накпзания».
«Ты делаешь это, чтобы держать своих подруг в узде?» Отлично. Я продолжала нести чушь.
Его вздох был таким же преувеличенным, как и прежде. «У меня нет девушки».
Признание меня удивило. Я чуть было не сказала, что сожалею, но я знала, почему у него её нет. Ни одна женщина не выдержит его высокомерия и доминирования. Я, точно, не выдержу.
Я прикусила нижнюю губу, когда он снова принялся шлепать, даже будучи достаточно придурком, чтобы направить три удара по верху моих бедер. Он определенно не хотел, чтобы я забыла о своем нарушении. Мне было бы трудно сидеть. Без сомнения.
После того, как он выдал, как мне показалось, еще сотню, я, наконец, вырвалась, печаль нажимала на каждую кнопку. Но как бы мне ни было стыдно за эти ужасные несколько мгновений, факт был в том, что я не могла остановить возбуждение которое стекало по внутренней части моих бедер, и, вероятно, его стол был не так уж далеко от той же участи. Я предполагала, что он соберется со своими дружками сегодня вечером за бокалом виски, смеясь над той женщиной, которую он одолел сегодня.
По крайней мере, я знала, из чего сделан этот человек. Я могла ненавидеть его, продолжая работать с ним. Таким образом, я никогда, никогда не смогла бы поддаться гипнозу его магического взгляда. Я была уверена, что почти каждая женщина, чье сердце все еще билось, попадала по его чары. Но я ни одна из них.
«Еще три, и этого должно быть достаточно».
Конечно, ублюдок решил сделать их самыми жесткими из всех. Как только он закончил, я отпрыгнула назад так быстро, как только могла. Я все еще была красной, все еще злой и списала бы это на глупость. За то, что слишком много беспокоюсь.
За тоску по лучшему будущему, которое я могла бы создать сама.
Я развернулась, изо всех сил стараясь не покачиваться на каблуках, и помчалась к двери.
«Я надеюсь, ты сможешь придумать, как выбраться на улицу?» — спросил он.
Было настолько очевидно, что он понятия не имел, кто я такая, что я решила не разбивать его высокомерный пузырь. «О, уверяю вас, мистер Семенов , я сделаю все необходимое, как хорошая девочка». Я не только использовала свой самый приторный тон, я хлопнула дверью с такой силой, что услышала, как по крайней мере две его драгоценные картины упали на пол.
Ах, черт.
Какой позор.
Но он был богатым человеком. Он мог позволить себе все, что хотел, включая женщину или пятерых, которых он мог унижать столько, сколько ему вздумается.
Ну, я не была среди этих женщин.
Мне было все равно, он мог сосать большие ослиные члены.
ГЛАВА 3
Рафаэлла
Теперь страх пробежал по моим венам, каждая мышца напряглась. Неужели этот человек собирается меня уволить? Я не была уверен, что буду его винить. Я не беспокоилась о своей безопасности и не боялась, что какой-нибудь бугимен выйдет из тени с большим острым ножом.
Такого рода беспокойство было бы кстати в этот момент, с этим я могла бы справиться. Меня этому учили.
Нет, мой страх был основан на неуверенности в себе и знании того, что человек, на которого я буду работать, считался одним из самых безжалостных людей во всем Нью-Йорке. Он был известен как бессердечный и жестокий, проигравший, возможно, 0,0008 процента дел, которые ему поручали в жизни. Он мог есть меня ложечкой, как будто я ничего не значу. Хотя люди уважали его за его хитрые способности, его обаяние было хорошо известно по всему штату и, вероятно, по всему Восточному побережью, его варварское поведение также вселило страх Божий в каждого коллегу и каждого судью в городе.
И он меня отшлепал.
Он застал меня в своем кабинете до начала рабочего дня и обращался со мной как с каким-то... непослушным ребенком.
Я все еще чувствовала себя униженной и злой на себя за то, что позволила страху заменить негодование.
Я спряталась в маленькой кухне, а затем в ванной, раздумывая о том, чтобы уйти совсем. Я была благодарна, что моя рациональная сторона победила, и я была полна решимости поразить мужчину своими навыками.
Я пыталась обуздать свой гнев, игнорируя боль каждый раз, когда я делала шаг. Этот человек был буквально занозой в заднице, хуже всего, что я читала о нем.