Илона была в тоненькой полупрозрачной футболочке-топе с большущим вырезом, привычных уже спортивных шортиках в облипку, только в этот раз неожиданно разорванных на одной ноге — почти до резинки на поясе. И почему-то босиком. Стройная фитоняшка с округлой попой, бронзовой кожей и выразительными глазками обиженно взирала на разорванную часть одежды.
— Ага, неприятненько. Но главное, что сама цела. Если бы ты как ты выразилась ухнула носом…
— Ага, было бы велело! Светила бы потом в темноте фонарем на оба глаза, — захихикала она, показывая все тридцать два белоснежных зуба. — Слушай, не поможешь, а? Мне до верхней полки достать нужно, а лестница того…
Я окинул взглядом перекошенную стремянку, кивнул, разворачиваясь к выходу.
— Окей, сейчас другую притащу, в кладовке с садовым инвентарем была…
Цепкая теплая рука легла на мое плечо.
— Да не обязательно, — остановила меня девушка. — Есть гораздо проще вариант. Приподними меня повыше, и я достану до нужного места. Сюда, — она приглашающе махнула рукой встав рядом с нужным стеллажом. — Давай, подними…
Я слегка замялся, все-таки дверь в комнату не закрыта, а девушка очень легко одета, если кто войдет — зрелище будет то еще…
— Ну, чего тупишь? — она проследила мой взгляд, остановившийся на ее груди, и словно догадалась о моих размышлениях. — Да что такого? И вообще, чего ты там не видел, и не… трогал, а? — понизив голос уточнила девушка и с вызовом вздёрнула носик.
Я смутился, отведя глаза в сторону, приблизился, и осторожно приподнял ее, взяв за талию.
— Да нет же, так не достану. Нужно выше. Возьми пониже, за бедра. Еще ниже… вот так да…
Я подхватил ее немного выше сгиба коленного сустава и поднял, придерживая.
— Да, отлично! — подала голос девушка. Встань спиной к полке, поближе. Да, вот так…
Она потянулась куда-то вверх, что-то переставляя, шурша на стеллаже. Наклонилась вперед, прижимаясь к моему лицу плоским загорелым животиком, прямо той его частью, которая едва выступала из-под пояса шортиков. Потянулась еще дальше, касаясь кожей моего носа и губ, и я ощутил легкий аромат бархатной девичей кожи с легкими нотками каких-то летних духов. Илона задержалась в таком положении, что-то там делая, а я изо всех сил старался отвлечься от ощущений и не думать об этом. Но было трудно, так как в голове тут же всплывали картинки позапрошлой ночи, как это самое тело изгибалось тоненькой ивовой веточкой, подстраиваясь под нужным углом и при этом сопротивляясь м… проникновению. Всплыли перед глазами и те безумства, что мы вытворяли втроем…
В какой-то момент я прислушался, поняв, что не слышу никаких звуков, сверху, с полки. Словно Илона делает свои дела, стараясь не шуметь… стоп, а делает ли? Она наклонилась вперед, прижалась ко мне и не двигается уже минуты две.
— Эм… Илон? Тебе там долго?
Спустя мгновение я услышал тихий ответ:
— Ты про что? А, да, почти все… девушка наклонилась еще сильней, послышался звук переставляемых книг и слабый удар чего-то металлического об деревянную поверхность.
— Все спасибо, — она словно выдохнула, разом потеряв в объёме и рыбкой соскользнула вниз. А так как я не успел среагировать, при скольжении она проехалась по моему лицу грудью, обтянутой в майке, под которой уже очевидно ничего не было, и так застыла, глядя мне в глаза. А потом поднялась на цыпочки, и робко поцеловала в губы.
— Спасибо, Ярик. Ты такой… сильный…
Этот сомнительный комплимент настолько явно попахивал фальшью, что я чуть не хихикнул. Но мне уже было почти все равно, потому что ее ручки легли мне на плечи, поглаживая шею и захватывая волосы сзади, а горячее стройное тело прижималось всеми возможными выпуклостями, особенно в нижней части.
— Илон… ты хорошо понимаешь, что ты делаешь? Я очень стараюсь держать себя в рамках приличия, ты вроде как помолвлена… да и Дэн вчера намекнул, что в курсе того вечера, и чуть не полез мне морду бить…
Девушка закатила глаза, вздохнула и посмотрела на меня как на тугодума.
— Яр… моя помолвка — это мое дело. Ты всего не знаешь, тебе и не надо. А мой брат… знаешь, я сама с ним разберусь, если еще раз полезет! А вообще… я не навязываюсь, так-то. Спасибо за помощь.
Вот блин, обиделась. И не на шутку похоже, помрачнела и отвернулась. Нужно аккуратно выйти из ситуации.
— Да нет, не в том дело, прости я не… блин!!
Пока говорил, сделал шаг назад, и послышался треск разрываемой ткани. Твою мать! Молния моих штанов зацепилась за ее шорты и дорвала их, буквально располовинив. Клочком тряпки они так и повисли вокруг одной ноги девушки, а другим концом тянулись к молнии к моей ширинки.
Мы оба застыли на мгновение, запечатлевая эту картину «Не ждали», а затем в один голос заржали, как полоумные. А потом девчонка с какой-то хищной ухмылкой опустила руки и разорвала их со второй стороны, освободив и вторую ногу. Вырвала из моих брюк ошметки и отбросила в сторону, оставшись в одних просвечивающихся, буквально прозрачных трусиках розового цвета, не оставляющий места даже для фантазии. Сквозь ткань было идеально видно выступающую аккуратную верхушку кисы, гладенькую и бледно розовую, словно у малолетки. Только самый низ ее белья был слегка темнее — похоже из-за небольшого расплывающегося влажного пятна снизу.
Илона проследила мой взгляд, и все поняла, робко опустила глазки, делая небольшой шажок на месте с ноги на ногу и мило при этом наливаясь краской. Она буквально порозовела до кончиков ушей. А я мысленно хлопнул себя по лбу. Черт, Яр, ну ты и дубина! Нахера смущать малышку? Бери что предлагают, трепетно и с благодарностью, либо включай тупого извиняйся и вали на хрен отсюда.
— Илон, скажи… Я, наверное, оборзею, если спрошу, но… ты сильно будешь против, если я возьму тебя на руки и отнесу в душ? Ты такая горячая, что у меня сейчас крышу снесет. Надо бы остыть…