Мы с девушкой застыли, переглядываясь.
— Шеф хочет с тобой поговорить! Сказал это срочно!
«Не открывай!» — сделала страшные глаза Лиза, лихорадочно вскакивая и оглядываясь в поисках предметов своей одежды.
— Я знаю, что ты у себя, — не отставал охранник. Похоже это Виктор, начальник охраны в ночную смену.
Я изо всех сил постарался успокоить дыхание, и имитируя сонный голос пробурчал:
— Витек, ты? Блин, я таблеток от головы наглотался, сплю уже… до завтра не потерпит?
— Шеф сказал — срочно, — тоном, не терпящим возражений, возразили по ту сторону двери.
— Ладно, ладно… Подожди у лестницы. Дай мне минуту.
Я кое-как обтерся полотенцем, и начал втискиваться в джинсы и футболку. Девушка все еще находилась в ступоре, смущенно прикрывалась покрывалом, и вся раскрасневшаяся глядела куда-то в сторону, стараясь выровнять дыхание.
— Я сейчас уйду, у тебя будет минут десять точно, чтобы привести себя в порядок. Как закончишь — выходи и закрой комнату на ключ. Потом ключ просунь под дверь, я достану, когда вернусь, — я отцепил ключ от брелка и вложил в его ладошку.
Она молча кивнула, все так же не поднимая на меня глаза, и сдувая челку. Я кое-как поправил волосы, глянул на себя в зеркало, и осторожно открыл дверь, выходя в коридор. Охранника поблизости не было. Как оказалось — он ждал меня уже на втором этаже, сложив руки на груди и нетерпеливо барабаня пальцами по своему предплечью. Окинул меня внимательным взглядом с ног до головы, скорчил брезгливую морду.
— Что? — спросил я, рефлекторно оглядывая себя. — Что-то не так?
Виктор покачал головой, как-то слишком уж неприязненно скривился и дал знак следовать за собой.
В кабинете Петра Петровича я бывал очень редко. Фактически, это пятый или шестой раз в жизни, когда мне удалось сюда попасть, но не сказал бы что рад этому. Только один раз за все время я пришел сюда за хорошей новостью, когда Петр Петрович позвал меня вместе со своим сыном и объявил, что мы оба зачислены в элитный ВУЗ и будем учиться вместе. Все остальные случаи, когда меня сюда звали — это сулило неприятности. Думаю, этот раз не исключение, потому что, когда я вошел — на одном из стульев перед рабочим столом хозяина кабинета уже сидел Денис. На мое появление он отреагировал странно — глянул мельком, а потом отвел глаза в сторону, словно чего-то стыдясь.
— Здравствуй Ярик, — улыбнулся Петр Петрович доброй улыбкой и махнул рукой. — Присаживайся.
Послушно опускаюсь на свободный стул, наблюдая, как Петрович заканчивает что-то писать в телефоне и откладывает его в сторону.
— Давай без предисловий, — начал он. — Я тебя позвал чтоб обсудить несколько неприятных вещей, которые могут повлиять не только на тебя, но также затронуть и мою семью.
Я постарался скрыть удивление, прокручивая в голове возможные темы для разговора. С учетом того, что здесь присутствовал Денис — вероятно он настучал папочке обо всех последних событиях. Вопрос, что именно он рассказал.
— Мне очень интересно, что у тебя произошло за последние пять дней. Куда ты пропадал, что случилось, почему твое поведение так изменилось за последние пару дней. Возможно, у тебя что-то произошло, и ты сейчас ищешь выход из безвыходной ситуации, не зная, что делать. Или может у тебя проблемы с учебой?
Еще бы. Конечно ищу выход из безвыходной ситуации, из которой никакие деньги сухим выйти не помогут. Заканчивай уже свои предисловия и переходи к нравоучениям, как ты всегда делаешь, дядь.
— Нет особых проблем, Петр Петрович. Точнее, есть повседневные моменты, которые не заслуживают внимания, спасибо что спросили. А почему вы интересуетесь? Что-то случилось?
Хозяин кабинета пристально глядел мне в глаза, словно за карточным столом, гадая блефую ли я или готов банковать.
— Мне очень хочется узнать эту историю с твоим отсутствием дома два дня. Твоя мама очень испугалась, мы все волновались. На второй день твоего отсутствия я задействовал свои каналы, чтобы тебя разыскать — и ничего. Последний раз тебя заметили вечером первого дня — идущим в дом к старому итальянцу, у которого ты пытаешься подрабатывать…
При этих словах я вздрогнул, и по спине пробежал холодок. Черт… Я совсем забыл, что в доме Лусиано осталось два трупа, и куча следов моего пребывания. Но почему тогда меня не искали после пропажи там до последнего?
— Служба наблюдения отследила тебя по камерам до его дома, но назад ты не вышел. Однако, когда вечером первого дня ты не приехал домой — я отправил Дмитрия за тобой, по просьбе твоей мамы. Старикашка сказал, что ты надолго не задержался — так как привез все что он заказал, получил оплату и вышел через боковой выход. Даже предложил Дмитрию зайти осмотреться если он не верит… В боковом проулке камер нет, и отследить дальше не получилось. Ты как в воду канул, а потом точно так же всплыл из ниоткуда. Как в шпионском боевике. И это, знаешь ли, наводит на размышления. В тот момент я не придал этому значения — подумаешь, и правда с друзьями оторвался, спиртного перебрали, или у какой-нибудь девчонки на хате завис… С кем не бывает, молодость, все такое… но вот ты вернулся, и с тобой произошли перемены. Ты стал более агрессивный, скрытный, скользкий, словно тебя за эти два дня подменили. При этом — раньше ты всегда избегал конфликтов. Даже с моим сыном старался не задираться лишний раз, — инициатором всех ваших неурядиц был он, и он же выходил за рамки дозволенного… а сейчас я слышу от Людмилы, что ты напал на него, держал на полу в удушающем захвате, чуть шею не сломал…
Я виновато потупил взгляд и забормотал извинения.
— Пап, перестань, — пробурчал Денис раздраженно. — Не было ничего, мы просто дурачились!
— … и неожиданно, моя старшая дочь начинает давить на своего брата, требуя, чтобы он относился к тебе «помягче», заводит разговоры со мной, что мол Денис распоясался, чтоб я его приструнил, — продолжил Петр Петрович. — С которой ты не виделся года полтора и никаких дружеских отношений не поддерживаешь…
Я почувствовал, как кровь к лицу приливает, но ответил максимально быстро:
— Она просто стала свидетелем нашей… разминки. Возможно, что-то не так поняла…