Искусство допроса. Монография: читать начало книги онлайн

Психологический реагент — это тактически значимый информационный продукт, предъявляемый субъектом уголовного преследования его процессуальному коммуникатору в целях оптимизации процесса взаимодействия с ним и решения других задач уголовного судопроизводства.

Функцию психологического реагента могут выполнять имеющие отношение к исследуемому событию различные объекты вербального характера (вопрос следователя, его сообщение, вопрос специалиста лицу, обследуемому с помощью полиграфа, музыка, песни, звуки и т. д.), а также действия, процедуры, различные по характеру, форме, групповой принадлежности и другим признакам материальной субстанции типа предмета, документа, вещества, а также обстановки места происшествия (например, в случае организации допроса на месте происшествия), другие виды носителей (источников) информации и сама информация[99].

Механизм реализации возможностей психологического реагента складывается из следующих звеньев:

• предъявления объекта (информационного продукта) носителю информации;

• восприятия объекта носителем информации;

• возникновения у него соответствующих психофизиологических реакций;

• распознавания указанных реакций предъявителем реагента;

• адекватной интерпретации предъявителем реагента реакции носителя информации;

• выбора первым (с учетом результатов надлежащего распознавания и правильной интерпретации упомянутых реакций) способа дальнейшего допустимого тактического воздействия на коммуникатора;

• реализации данного способа в целях оптимизации процесса дальнейшего информационного взаимодействия, получения полной и достоверной информации по предмету следственного или иного действия.

В качестве психологического реагента, как указывалось выше, можно использовать запахи. Обонятельные ощущения человека наравне со слуховыми и зрительными играют огромную роль в его жизни. Возможности эмоционального воздействия на людей через обоняние велики. На протяжении тысячелетий это воздействие успешно применялось, например, при совершении магических, религиозных обрядов и т. п.

У североамериканских индейцев существовал своеобразный способ фиксации в памяти дорогих им событий и переживаний. Юноша-индеец носил на ноге в специальных герметических капсулах, сделанных из кости или рога, набор веществ, обладающих сильным и характерным ароматом, и в те минуты, воспоминание о которых ему хотелось удержать на всю жизнь, он открывал какую-нибудь капсулу и вдыхал ее запах. Индейцы использовали связь запаха с каким-либо событием и в практических целях. Вождь, отправляя гонца с важным посланием, перед тем как сообщить его, давал вдохнуть запах трав посланнику. Проделав огромный путь до другого племени, гонец без запинки выкладывал информацию другому вождю, вдыхая аромат тех же трав.

Запахи способны создавать или удерживать определенные настроения, они влияют на работоспособность человека, его сердечно-сосудистую систему, внутричерепное давление, тонус мускулатуры, зрение, слух, пульс, сексуальное чувство. Изучив биологическое значение запахов для человека, исследователи пришли к выводу, что наибольшая обонятельная чувствительность наблюдается в начале дня и к вечеру; у женщин обоняние тоньше, чем у мужчин. Существует много запахов, характер которых меняется в зависимости от концентрации. Очень часто люди с одинаковой остротой обоняния по-разному воспринимают запах одного и того же вещества. Обоняние более тесно связано с эмоциональной сферой человека, чем другие чувства, так как почти всякое обонятельное ощущение обладает более или менее ярко выраженным характером приятного и неприятного. «Для многих обоняние — чувство, рождающее больше всего воспоминаний… Запах потому так хорошо служит памяти, что механизм обоняния тесно связан с той частью мозга, которая управляет памятью и эмоциями, хотя и не знаем точно, как устроена и действует эта связь»[100].

Одна из ведущих сотрудников кафедры оториноларингологии РМАПО канд. мед. наук Е. Демина, считает, что если говорить о механизме психоэмоционального воздействия запахов на человека, то можно воспользоваться термином «якорь», вводимым теорией нейролингвистического программирования. Он обозначает явление, устойчиво связанное с событием, произошедшим в прошлом. Так, песня, звучавшая на танцплощадке во время первого в нашей жизни медленного танца, может вызвать яркие воспоминания о том, «как это было», и которые, казалось, навсегда стерлись из памяти (возможно, удастся вспомнить даже имя своего партнера). Из всех видов «якорей», безусловно, сильнейшим является запах. У каждого человека существует свой уникальный набор «якорей»: для одного им станет запах прелых листьев, для другого — бабушкиных пирожков, для третьего — советских духов.

Так или иначе, вызванные мимолетным запахом воспоминания с необыкновенной ясностью предстанут перед вами, полностью захватив вас. Как правило, запах будет эмоционально окрашенным: вы заново проживете те эмоции (отрицательные или положительные), которые испытывали, когда вдыхали его в первый раз.

Это может иметь и негативные последствия. Например, по наблюдениям ароматерапевта Джейн Бакл, запах лаванды вызывает у многих англичан очень болезненные воспоминания и чувство скорби, поскольку во время Второй мировой войны эфирное масло лаванды использовалось в Великобритании в качестве дезинфицирующего средства в моргах.

Никакие изображения и звуки не обладают такой силой. Почему же так происходит? Почему именно запахи оказывают на нас такое влияние?

Когда человек вдыхает пахучее вещество, молекулы запаха захватываются специальными клетками — хеморецепторами, выстилающими носовые ходы. Молекула запаха возбуждает нейрон, сигнал передается по аксону и попадает в нейроны «информационного запахового центра» — обонятельную луковицу, расположенную в передней части мозга. Из обонятельной луковицы сигнал поступает в кору больших полушарий, обеспечивающую сознательное восприятие запаха, и в лимбическую систему, которая отвечает за эмоции, сексуальное влечение, а также за хранение данных в долговременной памяти. Уникальность обоняния состоит в том, что только оно имеет непосредственный доступ к лимбической системе, в то время как визуальные образы и звуки связаны с ней довольно опосредованным образом, «благодаря» чему быстро стираются из памяти. Именно этим и объясняется то, что запах, который вы нюхали много лет тому назад, запомнился вам так хорошо. Поскольку лимбическая система отвечает за эмоциональные проявления человека, запах мгновенно освобождает хранящиеся в памяти эмоции, и только спустя некоторое время приходит интеллектуальное осмысление запаха. Это, кстати, подтверждает теорию известного мыслителя XX века Гурджиева, согласно которой эмоциональный центр у человека работает значительно быстрее, чем интеллектуальный[101].

Поскольку запахи связаны ассоциативным путем с различными переживаниями, применение запахов при допросе обвиняемого позволяет воздействовать на его подсознание, так как «вся сложная мозаика активной психической жизни человека в определенной» степени обусловливается функционированием неосознанных проявлений, часть из которых в процессе ассоциативной деятельности становится функцией осознанного мышления[102]. Известно, что лица, содержащиеся под стражей, имеют дело с гораздо меньшим числом внешних раздражителей, чем люди, находящиеся на свободе. Это, безусловно, способствует повышенному реагированию со стороны арестованных на всякого рода раздражители, в том числе и на запахи.

Между тем психологами давно отмечена «быстрая изменчивость у женщины, вследствие, по-видимому, ничтожных причин, общего настроения, большая неустойчивость, хрупкость в сравнении с настроением мужчины… Общее настроение в жизни женщины играет более решительную роковую роль и менее устойчиво, чем в жизни мужчины вообще»[103]. В течение 16 лет известным иркутским следователем Н. Н. Китаевым было осуществлено 45 случаев применения запахов (парфюмерных) во время допросов арестованных женщин, отрицавших свою вину. Такому допросу всегда предшествовали оперативно-следственные мероприятия по сбору информации, характеризующей личность допрашиваемых; выбор применения запахов к конкретному лицу зависел от оценки эмоционально-волевой сферы допрашиваемой. Во всех случаях использовались сведения о любимых духах обвиняемой, в 36 случаях удалось установить и ассоциативную причину этому (получение духов от любимого человека, свадебный подарок и т. п.). Тактические условия применения запахов основывались на положениях парфюмерии о том, что сила, резкость и характер запаха духов ощущаются не сразу, а по истечении 3–5 минут. Наиболее характерные свойства запаха проявляются только через 15–20 минут. Специалистами этот запах называется основным, серединным, — именно он сохраняется в течение длительного времени. С учетом данных рекомендаций допросы обвиняемых проводились в период с 17 до 21 часа; в кабинете для создания доверительной обстановки находился только один следователь; на столе отсутствовали бланки протоколов, материалы уголовного дела. Это в какой-то мере ослабляло негативную установку приводимых в кабинет обвиняемых. За 10 минут до доставления допрашиваемой в кабинет следователь опрыскивал соответствующими духами кусок шерстяной ткани, помещаемый затем под стол. Для исключения посторонних раздражителей кабинет предварительно проветривался, на время допроса отключался телефон, на дверь снаружи прикреплялась табличка, запрещающая входить. Допросы длились по 2–4 часа. В течение первого часа следователь напоминал обвиняемой о положительных моментах в ее прошлой жизни, о семье и близких, к которым она может со временем вернуться. Практика показала, что в большинстве случаев достаточно даже небольшого количества запаха — напоминания о прошлой жизни, чтобы эмоциональное воздействие слова следователя неизмеримо усилилось, подтолкнуло правонарушителя к признанию-исповеди. При этом во всех эпизодах никто из допрошенных не догадывался о специальном применении запахов. Это проверялось оперативным путем: многие допрошенные не высказывали догадок насчет следственного применения запахов, но объясняли свое признание воздействием запаха «приятного прошлого». В 37 случаях из 45 такой допрос с применением запаха был успешным. Обвиняемые зачастую сначала плакали, каялись, затем давали показания, которые объективно подтверждались в ходе дальнейшего следствия. В двух случаях допрашиваемые продолжали упорствовать и вину признали лишь через некоторое время под давлением предъявленных доказательств. Шесть обвиняемых не признали вины как на следствии, так и в суде. Все они занимали ответственные посты в торговле, имели энергичный, властный характер. Внутренняя установка «не раскрываться» оказалась у них доминирующей.

Следует учитывать, что признание, полученное с применением запахов, может противоречить внутренней установке допрашиваемого на отрицание вины, отчего впоследствии он начнет менять показания. Поэтому при положительном ходе допроса необходимы тщательная детализация показаний и видеозапись следственного действия[104].

Устная информация, передаваемая друг другу партнерами по процессуальной коммуникации, чаще и охотнее опровергается, чем информация, содержащаяся в предъявляемых для восприятия вещественных доказательствах. Уличающее воздействие показаний признавшего свою вину организатора преступления на не признающегося рядового соучастника обычно бывает более сильным, нежели показания о том же, но сделанные рядовым членом преступной группы. Кроме того, нельзя забывать и о том, что уголовно-процессуальное законодательство содержит не только понятия «информация», «сведения», «фактические данные», но и оперирует такими категориями, как «документ», «предмет», «вещественные доказательства», «следы преступления», имея в виду соответствующие носители и источники уголовно-релевантной информации. Законодатель прямо указывает на то, что, например, при обыске подлежит отысканию не информация, а имеющие значение для дела предметы, документы и некоторые другие материально-фиксированные объекты. При наличии определенных условий обнаруженные, осмотренные и изъятые объекты данного рода должны признаваться вещественными доказательствами и приобщаться к уголовному делу. Позднее они могут использоваться субъектом уголовного преследования в качестве психологического реагента. В случае если таких объектов несколько, то имеет значение не только сам факт предъявления процессуальному коммуникатору объект для обозрения, но и последовательность их предъявления.

Существуют следующие тактические приемы предъявления вещественных доказательств:

• раздельное предъявление различных доказательств в той или иной последовательности;

• одновременное предъявление всего комплекса имеющихся доказательств;

• предъявление вначале косвенных, а затем прямых доказательств;

• неожиданное предъявление доказательства либо предъявление доказательства после беседы по его поводу;

• предъявление доказательств по нарастающей их весомости (однако следует учесть, что наибольший эффект при этом достигается, если предъявлять доказательства по схеме: весомые доказательства, затем средние [слабее предыдущих] и в завершение самые весомые);

• предъявление комплекса доказательств после предварительного информирования о наличии доказательств, их перечисления с указанием источников происхождения (либо без указания);

• предъявление доказательств как бы невзначай, между делом;

[99] По мнению Г. А. Зорина, психологические реагенты могут быть классифицированы: 1) по источнику происхождения (гомологические, предметные, документальные, иные); 2) по физической природе (зрительные, слуховые, вкусовые, осязательные, обонятельные); 3) по форме представления (вербальные, буквенно-знаковые, цифровые, графические, магнитные записи, иные); 4) по характеру структуры (натуральные), комплексированные, декомпонированные, кодированные, иные); 5) по тактике (комплексированные, декомпонированные, кодированные, иные). См.: Зорин Г. А. Руководство по тактике допроса. М., 2002. 288 с.

[100] Самое загадочное чувство // Наука и жизнь. 1984. № 3. С. 88.

[101] См.: Демина Е. Н. Воздействие запаха // URL: https://www.medeffect.ru/aesthetcosmetology/aromoter.shtml (дата обращения: 04.08.2024).

[102] См.: Райков В. Л. Неосознанные проявления психики в глубоком гипнозе // Вопросы философии. 1978. № 4. С. 107.

[103] Астафьев П. Е. Психический мир женщины. Его особенности, превосходства и недостатки. М., 1882. С. 43, 66.

[104] См.: Китаев Н. Н., Ермаков Н. П. Об одном нетрадиционном тактическом приеме допроса // Закон. 1999. № 4.