Метод Макаренко: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А где учительская? — улыбнулся я.

Охранник подзавис, а потом вытянул руку в сторону лестницы.

— Второй этаж, налево до конца.

— Ага. Понял. Спасибо, — кивнул я мужику и пошёл к лестнице.

Поднявшись на второй этаж, я зашагал мимо каких-то стенгазет, фотографий, кубков. Пока шёл, мельком читал имена и фамилии лучших учеников и учителей года.

О, я остановился, увидев знакомое лицо. Игорь Александрович Макаренко, директор. В прошлом учитель года. Я улыбнулся, есть чем гордиться. А вот своё фото я не нашёл на стенде. Видать, не заслужил Егорка.

Миновав длинный коридор, упёрся в дверь с табличкой: «Учительская». Прислушался. Тишина. Может, уже всё прошло или я слишком рано? Сейчас разберёмся. Не стоять же здесь до вечера. Я схватился за ручку и распахнул дверь.

— Вот смотри, — вещала розовощёкая дама с короткой стрижкой, показывая другой, помоложе, что-то на экране телефона, — вот такие помидорчики получились у меня по новому рецепту. Вкуснющие, пальчики оближешь. Десять баночек закатала.

— Всем привет, — поздоровался я, притормозив у двери и осматривая помещение.

В центре стоял стол буквой П, вокруг него стулья. Посередине возвышалась высокая пальма в горшке. Ряды шкафов вдоль стен с книгами и журналами. На самих стенах приколочены доски с какими-то графиками, списками, цветными листочками маленькими и прочая чепуха.

На моё появление практически никто не отреагировал. Так, пара голов на скрип петель обернулась — не более того. Да и те лишь вскользь мазнули по мне взглядом и вернулись к своим делам. Розовощёкая продолжила свой рассказ о закрутках.

В этот момент я с тоской вспомнил своё родное отделение. Там всё было знакомым, понятным. Мужики, с которыми можно было перекинуться шутками. А здесь — бабье царство. Почти.

Помимо меня в учительской обретались ещё два мужика. Один, судя по спортивной форме и «умному» лицу — физрук. Он стоял возле окна и шептался о чём-то с эффектной блондой с внушительным декольте и длинными ногами. Она то и дело косилась на его свисток и игриво стреляла глазками.

Хмыкнув, я прошёл в учительскую и сел на ближайшее свободное место в центре стола. Откинувшись на спинку кресла, продолжил рассматривать своих коллег.

Взгляд мой остановился на втором мужике. Лет сорока, лысеющий, с одутловатым красноносым лицом. Он сидел, подперев щёку со вселенской мукой во взгляде. Рядом с ним пузырилась бутылочка минералочки.

Так и проходят планёрки в школах? Я представлял себе всё несколько иначе. Когда мы учились, мне было интересно, как там в святая святых. То есть в учительской. Всегда казалось, что в этом кабинете происходят важные и очень серьёзные дела.

А оказалось, что учителя о консервах разговаривают, чаи гоняют и с похмельем сражаются, как все люди. Хотя, может, это только здесь так. Но если вспомнить кабинеты, в которых мне довелось побывать, это, скорее, норма провинциальных городов, чем что-то из ряда вон.

— Ой, Егор Викторович. Здравствуйте, — рядом со мной нарисовалась курносая нимфа с вьющимися рыжими волосами. Если бы увидел её в коридоре, подумал бы, что это ученица, а не училка. Выглядела она совсем ребёнком. — Как хорошо, что вы уже выздоровели. Мы всем нашим педагогическим составом переживали за вас, когда узнали об аварии.

Ага, вижу я, как переживали. Я мысленно усмехнулся, припомнив реакцию коллег, когда я только вошёл.

— Благодарю, мне льстит ваше беспокойство. Что у нас на повестке дня?

Девушка хлопнула ресничками.

— Так пока ничего. Ждём Игоря Александровича и Елену Павловну.

Рыжуля ещё что-то хотела сказать, но дверь в учительскую снова открылась, и на пороге нарисовался мой брат в дорогом на вид костюме с иголочки. Он окинул присутствующих быстрым, цепким взглядом, задержавшись на мне на секунду дольше, чем на остальных. У меня аж сердце ёкнуло в моменте, пока не вспомнил, что теперь я не Макаренко, а Истомин и выгляжу иначе.

— Доброе утро, коллеги, — заговорил он прямо с порога хорошо поставленным голосом, озарив учительскую ослепительной улыбкой и широко раскинув руки в стороны, словно собирался обнять весь мир. — Сложнее всего начать действовать, всё остальное зависит только от упорства. ©Амелия Эрхарт.

Сказав это, он выставил ногу вперёд и замер так. Я же озадаченно моргнул, пытаясь понять, о чём он говорит. Но ладно я, который мало что понимает в преподавательской деятельности. Может, у них так принято — начинать день с великих цитат. Но и остальные коллеги, как оказалось, тоже не въехали. Они повернули головы и уставились на Игоря с недоумением во взглядах.

Тем временем брат, видя не самую восторженную реакцию на своё появление, стушевался. Он пригасил улыбку и опустил руки. И уже нормальным голосом продолжил:

— Поздравляю всех нас с новым рабочим днём. Как настрой?

Выглядел он нарочито бодро и оптимистично, но чувствовалось, что это всё наигранное, фальшивое. В ответ на вопрос послышался нестройный хор голосов, не столь бодрый и оптимистичный, как у брата.

Меж тем он прошёл к столу и остановился возле меня. Стоит, смотрит выжидающе и благостно улыбается. Ну а я что? Сижу и так же смотрю на него.

— Егор Викторович, — произнёс он, сцепив за спиной руки, перекатываясь с пятки на носок и обратно. Будто ждёт от меня какой-то реакции или реверанса.