Глава 1
Николай
«Позвольте мне сделать предложение, к которому вы должны прислушаться, Джордж. Вы заключили честную сделку. Вы владеете тремя прибыльными предприятиями на моей территории. Пахан не похож на других лидеров. Вы почти не платите налоги, и это не только за какую-то паршивую защиту, но и за некоторые финансовые советы. Правда в том, что эти деньги компенсируют расходы на частную охрану, которую мы нанимаем. Но мы не ссоримся из-за денег, Джордж. Мы больше озабочены качеством и заботой о наших людях. Но вы должны знать, что мы не разбогатеем за счет вас. Это никогда не было нашей целью. Я предлагаю вам вытащить голову из задницы и вести себя немного более благодарно».
«Иди на хуй, Николай».
У этого человека были яйца. Я бы отдал ему должное.
«Будь очень осторожен, Джордж. Действительно очень осторожен».
Я закончил звонок, шипя и швыряя свой iPhone через стол. «Или ты получишь уголь в свой гребаный рождественский чулок, придурок».
Дэнни Синклер рассмеялся, покачав головой. Мой Капо знал меня лучше, чем большинство. Черт, мы вместе учились в колледже, часами бросали мячи в корзину и избегали занятий, выпивая и пытаясь соблазнить женщин. Он был надежным и чертовски хорошим стрелком.
«Ты ненавидишь всех, кто неблагодарен», — сказал он, посмеиваясь себе под нос.
«Ты чертовски натурал». Я опрокинул остатки бурбона. В моем шкафу не было достаточно спиртного, чтобы утихомирить гнев, который полз во мне, как лесной пожар. Я был сыт по горло напыщенными придурками, которые не понимали, как отдать дань уважения своему пахану. Черт, Вадим был щедр до чертиков, о чем я ему не раз говорил.
Люди раз за разом доказывали, что они жадные ублюдки.
Раскат грома привлек мое внимание, когда я наливал еще полстакана. Я также был чертовски болен последними погодными условиями. Тьма. Уродливые облака. Проливной дождь. Черт, задняя комната на нижнем этаже сочилась водой, как решето. И я заплатил три миллиона долларов, чтобы отремонтировать этот чертов дом.
Когда сверкала молния, Дэнни стонал. Он ненавидел бури больше, чем я.
Раздался громкий стук в парадную дверь, и сигнализация взбесилась, учитывая силу звука. Обычно это был плохой знак. Хотя дом на Брайтон-Бич находился недалеко от одной из улиц, расположенных перед водой, в районе с большим количеством транспорта, никто не лез в этот дом. По крайней мере, обычно.
Мы уставились друг на друга, одновременно выхватив оружие.
«Я сделаю это», — сказал он мне.
Зазвонил мой телефон, и я кивнул. Он получил за меня не одну пулю. Еще двое солдат были размещены, чтобы ошиваться вокруг собственности, но сценарий «что если» никогда не выходил из моей головы. Я усилил охрану, потому что на улицах были некоторые беспорядки. Да, это всегда было связано с Братвой Чернова, но это почти никогда не считалось чем-то личным. Всегда существовала концепция, что второстепенная и меньшая Братва, Каськовы, в конце концов попытается свергнуть нас, но Вадим сказал мне, что этого никогда не произойдет.
Никогда не говори никогда.
Я схватил телефон, отвечая на третий звонок. «Картер. Что случилось?» Я сразу понял, что что-то не так, мой солдат затаил дыхание. И он истово занимался.
«Извините, босс. Я пытался ее догнать, но она убежала, и черт, эта женщина была быстрой. У нее была машина, водитель, и они умчались. Из-за сильного дождя мы не могли видеть ни черта. Я преследовал эту чертову машину, но ничего не мог сделать».
"О чем ты говоришь?"
«Вам оставили посылку у входной двери».
«А, бля. Бомба».
«Сомневаюсь», — сказал Картер, все еще пытаясь отдышаться.
«Николай».
Я услышал голос Дэнни и тоже понял, что что-то не так, что-то... что перевернет мой мир.
Когда я обернулся, все, что я мог сделать, это сделать глубокий вдох. Дэнни положил руку на плечо маленького мальчика. Маленького мальчика, который был ужасно похож на меня.
«Спасибо, Картер. Я беру это на себя». Завершение звонка на этот раз было совсем другим, чем раньше. Сказать, что я был сражен, было бы преуменьшением.
Неловкое молчание было ощутимым и выворачивающим наизнанку. Я бы не назвал ребенка испуганным, хотя его нижняя губа была надута. В нем чувствовалось неповиновение, которое также напомнило мне о том времени, когда я был маленьким мальчиком. Черт. Что, ради Бога, это могло быть? Шутка?
«Есть письмо», — сказал Дэнни. Его голос был слишком сдержанным.