А я едва не закатил глаза. Клановое общество почти всегда сплочённо. Вне зависимости от того, что за народ или государство.
— Значит тебе придётся постараться, чтобы убедить их выступить против Михаэля. В противном случае сам понимаешь, что ждёт их после поражения. Теперь идём, надо проработать твою будущую речь.
Частный самолёт зашёл на посадку. Перед трапом, как на параде, выстроились стройные ряды гвардейцев клана Караджичей и бойцов гарнизона, охраняющих аэропорт Загреба.
На красной дорожке стоял граф Слободан Караджич. А рядом с ним — его первый и второй наследники.
Из самолёта показалась фигура особого гостя — Александра Демидова. Второй сын одного из влиятельнейших людей Российской Империи — князя Юрия Демидова.
Высокий, широкоплечий, в первоклассном костюме. С идеально уложенными золотыми волосами и ярко-синими глазами. Он представлял собой образец молодого аристократа Империи. Хотя бы внешне.
— Ваша Светлость, — вежливо улыбнулся Караджич.
— Граф Караджич, — Александр Демидов ответил зеркально.
Они пожали друг другу руки и пошли к терминалу аэропорта, разговаривая на ходу.
— Для меня большая честь принимать Вас здесь. Пусть и не при самых радостных обстоятельствах, — заговорил Караджич, чуть припадая на ногу. Старое ранение давало о себе знать. А пользоваться тростью он считал для себя недопустимым. Излечить это ранение даже с помощью Дара было почти невозможно.
— Сложности — равно возможности, — куда более искренне улыбнулся Александр, продолжая смотреть вперёд. — К тому же, я ненадолго. Исключительно для того, чтобы пообщаться с новым правительством Иллирии.
— Его пока не существует.
— Формально. Но фактически — власть в руках Непчича. Значит, учить себя правильному поведению придётся его.
— Он упрям, груб и прямолинеен. Местами — простоват. Но не глуп, как некоторые считают.
— У меня есть характеристика. Насколько он адекватно оценивает реальность?
— Относительно. Насколько я знаю. Лично мы ещё не встречались, но я планирую исправить это в ближайшее время.
— Я хочу знать Ваше мнение, насчёт него, — Александр взглянул на Караджича.
— Для грязной работы сгодится. Но давать ему реальную власть я бы не стал. Слишком привязан к княжне.
— У неё на него компромат?
— Хуже. Она для него — запретный плод.
Александр хмыкнул.
— А сама княжна?
— Под контролем одного из русских из посольства — Виктора Добрынина.
— Насколько под контролем?
— Насколько мне известно — она прислушивается к любым его советам. Про самого этого Добрынина могу сказать не так много, но он определённо… обладает потенциалом. Насколько я знаю, он является посредником между Непчичем и российским посольством.
— Добрынин… — произнёс Александр, будто пробуя фамилию на язык.
В своё время этот род был на слуху в Империи. Настолько, что о ней шептались в высоких коридорах. Даже сам император удостоил одного из них личной аудиенции. О содержании которой до сих пор не было ничего известно, только слухи.
— Что с бунтом Кнежевича?
— Он покинул город. Вступил в бой с заслоном из моих гвардейцев. Их немного, но их возглавляет самый опасный командир из числа моих младших братьев и они достаточно компетентны, чтобы попить Кнежевичу крови.
— Кнежевич покинул Загреб? — удивился Александр. — Для чего? — тут же прищурился в подозрении.