— Два — но каких! Будор — это сильнейший банский клан страны. Их Дар — «Танцующее Пламя» — это страшное оружие. А Домаговичи обладают влиянием в министерстве обороны. Именно благодаря им пограничники практически не оказали сопротивления. Лучшие гвардейские силы обоих кланов уже мобилизованы и готовы взять под контроль территорию в своих зонах ответственности. Всё пройдёт гладко.
— Это твой последний шанс, Франкопан. Если ты снова провалишься, то можешь забыть о моей поддержке. Я не вкладываюсь в проигравших. Ты это знаешь.
— Знаю, господин герцог, — Иван Франкопан едва удерживал улыбку.
Не потерять лицо.
Лишь бы не потерять лицо.
— То, что я продавил ввод наших войск в Иллирию — это настоящая авантюра. Окупится она только в случае полной победы. Не подведи. Твой клан из ямы я вытаскивать не буду.
— Да, конечно, — на этом Франкопан не выдержал. Его лицо дёрнулось.
Герцог хмыкнул и встал, даже не притронувшись к чашке кофе. Он вышел прочь. Его телохранители бесшумно скользнули следом.
Когда тяжёлые шаги французского герцога затихли, Франкопан наконец-то смог дать волю эмоциям. Он отставил кружку. Спрятал лицо в ладонях. И произнёс, сам себе:
— Всё или ничего. Доигрался? — из его груди вырвался тихий смех. С каждой секундой он становился всё громче… громче… и громче, пока не превратился в полноценный хохот, который оборвался словами: — Да, доигрался. А теперь, я либо подчиню Иллирию, либо утоплю её в крови. Другого — не дано!
Кристалл с духом Моранова висел в воздухе и озарял комнату ярким светом. Прямо напротив него стоял Анте, с протянутой рукой произнося про себя слова из неизвестного языка. Неумело. Медленно. Он просто повторял то, что говорил ему Моранов. За кристаллом стояла София и молча наблюдала. Фью держалась у выхода, постоянно оглядываясь на княжну.
А я…
Просто поддерживал ментальную связь между Анте и Морановым. Ритуал только начался. Но в воздухе уже ощущалась избыточная энергия, от которой становилось жарко.
Кристалл вспыхнул. Из него вылетел белый огонёк и закружился вокруг Софии. Она проследила за ним одними глазами, но не двигалась.
Затем ещё одна вспышка. Появился второй огонёк и также начал кружиться вокруг княжны. Следом — третий, четвёртвый, пятый. После этого Анте замолк. И тут же скрючился, будто от боли.
— Что происходит⁈ — мысленно спросил я у Моранова.
— Контроль, — ответил тот. — Чтобы ритуал сработал как надо, необходимо постоянно концентрироваться. Если нарушить — всё пойдёт насмарку.
— А боль тут откуда?
— Это моя инициатива. Чтобы он не отвлекался.
— Ты что, пытаешь его, если он ошибается⁈
— Не пытаю. Подсказываю самым доступным способом. Принципиальная разница.
София встревоженно взглянула на Анте. Но тот не опускал руки. Затем выпрямился, продолжая морщиться, и концентрировался на кристалле.
— Якорь есть… — прохрипел Анте. Его глаза вспыхнули белым светом, одновременно с кристаллом. Огоньки, кружащиеся вокруг Софии, вспыхнули ярче. — Теперь осталось только призвать.
— Приступай, — произнёс я. — Или что-то не так?
— У меня не хватает энергии. Я могу призвать только двоих. Только князя и одного из сыновей.
— А что будет с остальными?
— Не знаю. Всё что угодно, — ответил он.
И тут в моих мыслях зазвучал другой голос. Мощный, как раскат грома. И знакомый…
— ТЕ, КТО ОСТАНУТСЯ В УБЕЖИЩЕ БЕЗ АДРИАНА, СТАНУТ ЧАСТЬЮ РОДОВОЙ ПАМЯТИ, — произнёс Патриарх. Судя по выражению лица Анте, он тоже его услышал.
— Что это⁈ — сразу занервничал Анте.