Деревня Тихое: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глаза уродца распахнулись.

Тухлая белесая пленка покрывала их. Сгнили давно эти глазки.

— Не вижу, ничего не вижу! — завыло тельце, ручки стали тереть лицо, но, видимо, там уже смотреть было нечему.

Кукла выла и каталась по полу, как человек в крайней стадии отчаяния. Костик и Зайка в растерянности смотрели на страдания непонятного уродца.

И им стало его жаль.

Дошкин слез с кровати, и подняв на руки мелкое чудовище Франкенштейна, принялся его успокаивать, попутно заворачивая в покрывало с постели. Его все еще передергивало от омерзения.

Когда кукольная истерика закончилась, пупс из человеческой кожи сидел на коленках у Костика и обводил мутным невидящим взглядом комнату.

— Ну? И кто ты такой? — мохнатый требовательно постучал когтями по столешнице. — Рассказывай.

— Я и сам уже не помню, как меня зовут. Знаю только, что родился я в городе, что вы называете Аркаим. Очень давно. Я уже сбился со счета. Иногда я засыпаю, а когда просыпаюсь, у меня новый хозяин, и вроде как много лет прошло. Новые убранства в жилье, новые удовольствия для людей, все сложнее мир. Память подводить стала.

— Ладно, это понятно. Склероз. — мохнатый подсмыкнул трусы. — Ты кем был-то, до этого тела?

Кукла заворочалась, вроде как устраиваясь поудобней. Дошкин поправил ей покрывало.

— Все, что я помню - что провинился перед нашим жрецом. Ну, по честному, хотел я его место занять. Старый он уже был, дряхлый. А я в учениках у него больше тридцати лет! Сил уже не было ждать, когда помрет.

— О, смотрите-ка, еще один принц Чарльз. — Костик рассмеялся, но шутку его никто не понял.

— Так вот, — продолжила кукла, — хотел я его убить, да не смог. В наказание за это жрец заточил мою душу в идола, которому поклонялись беременные женщины. Он из священного младенца сделан, его мать сама дала кожу и кости для создания кумира. Это самый намоленный идол был. Вроде как честь для меня, что вместилище души будет таким достойным. Потом был мор, люди падали на улицах, исходя кровью. А потом город подожгли, и он выгорел дотла. Я заснул. Пока не раскопали меня какие-то люди.

— Прелестно, прелестно... — Зайка заходил по комнате, то и дело подтягивая трусы. — И как ты до наших дней докатился? Ведь не мумией в музее лежал?

— Где? — маленькие руки куклы почесали лоб, — я в коробках больше лежал, особо-то ничего не видел. А сейчас вообще ничего не вижу.

— А как советы давал по ведению бизнеса, коуч хренов? — Дошкин тряхнул куклу на коленях.

— Да получалось как-то... Вроде оно само приходит. С кем можно дела вести, с кем нет.

Уродец еще долго рассказывал, как он жил с разными людьми, и как приводил их к богатству. А потом к безумию.

Задумавшийся Костик стал на автомате потряхивать на коленках завернутую в покрывало куклу и бормотать: “ Поехали, поехали, в лес за орехами… По кочкам, по кочкам... в ямку - бух!”

— Ты че делаешь, дурень! — Зайка согнулся от смеха.

— Че-че.. Со мной мама так играла. — Костик не понял, что такого смешного, — тебе что, не понравилось?

И он развернул куклу к себе лицом.

— Ой, хоспади, какая рожа! Забыл совсем. — осторожно повернул блымающую бельмами уродину обратно, и задумался о том, что же с ней делать.

Что делать - подсказала сама кукла. Оказалось, что ей крови надо. С лезвия заговоренного ножа. Тогда душа освободится. А потом надо уничтожить тельце.

— Да у нас ведь все есть. Смотри, какой ножичек! — Зайка повертел перед носом куклы ножом с надписью “Отдам”. — А, да ты не видишь же.

Через пару минут к ритуалу все было готово. Уродца уложили на стол, Костик взял нож и полоснул себе по пальцу. Капли крови стали выскакивать из пореза, скатываться по синеватому булату, и тут же впитываться в рот куклы. Ее стало раздувать, как на дрожжах, тело стало розоветь, округляться. Рядом наготове стоял мохнатый, держа в лапах нож с надписью “Возьму”.

— Давай! — крикнул Костик, и Зайка с размаху всадил нож в середину живота бесовской игрушки.

Казалось, весь дом застонал, зашатался. Мохнатый прижал уши и отскочил от стола. Тельце опало и рассыпалось трухой. Стало тихо. Было слышно, как сверчок поскрипывает за печкой.

— Это все? — Дошкин развел руками, — Душу выпустили?