Товарищ мэр: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Разберусь, — сдержанно ответил я.

А что тут ещё скажешь? Негодование Князева мне понятно. Мне и самому поведение Марочкина не по душе. Если б мог, отвесил бы ему парочку отеческих подзатыльников.

Князев снова тяжело вздохнул, затем сказал:

— Разбирайся, и жду тебя через две недели на совещании с главами муниципалитетов. — И, сказав это, он повесил трубку.

Кристина всё ещё продолжала напряжённо смотреть на меня.

— Как всё прошло? — спросила она, как только мы встретились взглядами.

— Нормально, — задумчиво протянул я.

— Вас не отправят в отставку? — Кристина нахмурилась, нервно поправила ремешок от сумочки на плече.

— Да кто ж меня отправит, я же памятник, — усмехнулся я.

Кристина в недоумении моргнула. Кино, что ли, не смотрит современная молодежь?

В этот момент тяжелая дубовая входная дверь в бронзовой фурнитуре распахнулась, пахнув на нас запахом свежеиспеченного хлеба и домашней стряпни.

На пороге возникла женщина лет шестидесяти, растерянно теребящая края фартука. Невысокая, полноватая, с мягкими чертами доброго лица; седые волосы, убранные в аккуратный пучок. Простенькое платье в мелкий горошек, поверх которого белоснежный фартук.

— Евгеша! Родной вы мой! Живехонький! — женщина шагнула ко мне, всем своим существом выражая порыв обнять, но вдруг застыла, смущенно теребя в руках края фартука. Она покосилась на Кристину, видимо, сочла, что при моих подчиненных такие эмоции будут неуместны.

Но чувства, видимо, все же пересилили, в ее глазах заблестели слезы, и женщина вдруг запричитала:

— Я же места себе не находила! Как узнала, что за горе приключилось… Ой, батюшки! И Генка ничего толком не говорит, и все молчат… А мне-то что думать? Всю ночь как на иголках, а утром Кристиночка говорит, домой едете. А какой едете, что там с вами, молчат все, как воды в рот набрали! Ой, да что это я, старая дура⁈ — вдруг резко успокоилась она, снова всплеснула руками и расплылась в добродушной, сияющей улыбке. — Заходите же, заходите, голубчики! Я тут и бульончик вам диетический на куриной грудке сварила, чаю сейчас заварю…

— Это ваша дом работница, — шепнул мне Кристина, — Галина Степановна.

Галина же тем временем засуетилась, пропуская нас в холл, и я, наконец, смог войти в дом и осмотреться.

Мой взгляд скользнул по интерьеру, и я чуть не присвистнул. Твою ж дивизию! Красота-лепота…

Холл напоминал музей, а никак не дом. Гладкий, холодный мрамор пола, отполированные до зеркального блеска дубовые панели на стенах, широкая парадная лестница, спиралью уходящая вверх. Стены украшали картины в массивных золоченых рамах. Чуть подальше громадные кресла и диван из темной кожи с фигурными ножками. Там же стеклянный журнальный стол. Напротив огромный во всю стену телевизор.

И все это венчала чудовищных размеров хрустальная люстра, слепящая десятками лампочек. Одну эту безвкусную махину, наверное, можно было бы продать и обменять на что-нибудь куда более полезное. И на кой-черт одному человеку это все?

В мое время такое богатство мы даже представить не могли. Оно и понятно, ведь такое не нажить честным трудом. Аж злость взяла. В городе детсады закрывают, а у этого прохвоста дворец. Продать бы по-хорошему это все к чертовой матери и вернуть деньги народу!

— Евгений Михайлович, вы, наверное, голодны? — в голосе Галины послышалась трогательная, почти материнская надежда.

— От бульона не откажусь, — согласился я. — Где здесь кухня?

На лице Галины застыло недоумение.

— Да там же, где и обычно… — растерянно пробормотала она, удивленно округлив глаза.

— Она не в курсе? — не столько спросил, сколько резюмировал я и перевел взгляд на Кристину.

— Галина Степановна, — деликатно обратилась к ней Кристина, — у Евгения Михайловича временные провалы в памяти. Последствия аварии.

Галина в ужасе замерла на месте. Ее добродушное лицо вытянулось, побледнело.

— Провалы в памяти? — растерянно прошептала она. — Так это что же получается, Евгеша? Вы меня не узнаете? Батюшки-и-и!

Она схватилась за голову и явно собралась вот-вот вновь разрыдаться.