Вот только… балки с оглушительным грохотом затрещали. С потолка посыпалась пыль и доски, а потом потолок просто рухнул вниз — его словно вышибло чудовищным ударом. Несколько больших брёвен с хрустом придавило покупателей.
Из чёрных провалов вверху стремительно спустились фигуры. Их было шесть, может, семь — считать было некогда. Движения были бесшумными и лишёнными какой-либо суеты. На чёрной одежде не было ни единого знака. Мои ратники даже не заметили чужое присутствие, как и я сам. Это означало одно: передо мной были ратники намного сильнее. Потому что сейчас я совершенно чётко чувствовал от каждого из них разгорающуюся ауру.
— Барс, сука, — раздался голос Гриши. — Ты что же, решил…
Толстяк захрипел и схватился за горло — арбалетный болт с тупым свистом прошил воздух и впился в него, когда он как раз открывал рот для нового крика. Маленькие глаза Гриши округлились от непонимания. Он схватился за черенок и грузно рухнул на бочки.
Я бросил быстрый взгляд на Кощея, но увидел лишь одно — понимание и испуг. Второй болт ударил прямо в грудь старика, и он медленно осел на доски. Хаос бандитской свары затих, и в нём раздался голос. Он прозвучал негромко и отдавал сталью.
— Цель жива, — отчеканил он. — Взять её. Остальных — зачистить.
На складе началась бойня.
Глава 26
Бойцы в чёрном действовали как часть одного механизма. Один из них, высокий и жилистый, уже карабкался на груду обломков. Двое других двигались вдоль стен, отсекая пути к основным выходам. При этом остальные двигались прямо сквозь пыль и панику. И посреди хаоса я понял одно — это были ратники. Я чувствовал их ауры. Они горели ровным и сдержанным светом. Я пытался найти глазами своих, но мне попался лишь Барс.
Он был оглушён внезапной атакой и выполз из-под опрокинутой бочки. Его лицо, скрытое маской высокомерия и расчётливости теперь было искажено животным страхом и яростью. Он вскочил на ноги, шатаясь, и открыл рот, чтобы заговорить, но не успел издать ни звука.
Высокий боец в чёрном почти без замаха выбросил руку вперёд. Лезвие вошло бандиту под нижнюю челюсть, прошло насквозь и с лёгким хрустом застряло в основании черепа. Глаза Барса округлились от шока.
Я надавил большим пальцем на руну диска, вливая немного ауры. Камень дрогнул в моей ладони и обжёг пальцы холодом. Под ногами Агаты в центре сцены тут же с оглушающим грохотом провалился пол.
Раздался дикий вой голосов. Бандиты не собирались умирать просто так. Они отбивались, но бойцы в чёрном сминали любое сопротивление. Один из них, тот что вскарабкался на завал, отреагировал мгновенно.
Он рванул вниз к сцене, и перед ним возникла Ярослава. Клинок, ведомый красной аурой, вспыхнул багровым. Боец в чёрном, сфокусированный на сцене и исчезнувшей Агате, ощутил угрозу лишь в последний момент. Он попытался остановиться, но было поздно. Лезвие просвистело в каком-то сантиметре от его горла и впилось ему в предплечье. Доспех не выдержал, и раздался короткий, сдавленный хрип.
Я рванул к Ярославе. Вовремя. Вместо того чтобы осесть на землю, боец в чёрном контратаковал. Его меч засвистел в воздухе и столкнулся со сталью моего скрамасакса. Я толкнул бойца его плечом, и чёрная фигура покатилась вниз по обломкам.
— Отходим! — коротко скомандовал я.
Одного удара, принятого на клинок, мне хватило, чтобы понять — передо мной не просто ратники. Они элита не слабее Волков. Лишь хаос вокруг помог Ярославе ранить одного из них. Больше этого не повторится.
Иван уже нырнул в люк вслед за Агатой, когда лидер группы, убивший Барса, повернул голову в мою сторону. Его светлые и абсолютно пустые глаза выхватили лишь мою фигуру, пропадающую в чёрном провале люка. Я рванул за Ярославой в тень.
Меня встретил запах сырой земли и плесени. С той стороны продолжали слышаться крики и хаос бойни, внутри же раздавалось лишь тяжёлое дыхание. Я нажал на артефакт ещё раз, и люк за спиной захлопнулся, обдав спину волной холодного воздуха.
Мы побежали по тёмному коридору, и за нашей спиной вспыхивали активирующиеся ловушки. Они были расставлены так, чтобы задержать преследователей, не более. За спиной слышался далёкий, приглушённый грохот и скрежет.
— Агата должна быть здесь, — прошипела Ярослава между тяжёлыми вдохами.
Она была права. Туннель был прямым, но в чёрной, сырой темноте не было видно силуэта девушки, и уж тем более не былослышно звука её бега.
— Могла… — выдохнул Иван. — Побежать вперёд. Испугаться.
— Догоним, — коротко бросил я, ускоряясь.
Мы не могли останавливаться, каждое мгновение было на вес золота. Она явно была впереди, и мы должны были нагнать её у выхода. Другого пути из туннеля не было. Темнота казалось тянулась бесконечно.
Но вот под ногами захлюпала влажная глина, а с потолка сыпались комья земли. Воздух становился все менее спёртым. Мы приближались к выходу. Сзади, далеко, но отчётливо, донёсся глухой удар, а следом звук осыпающейся земли и крики.
Преследователи преодолели завал и наткнулись на первую ловушку.
— Ходу! — прорычал я, и мы прибавили скорости.
Впереди задребезжал слабый, мутный свет, и мы вырвались на свободу, на илистую полоску берега под самым обрывом городской стены. Прохлада заставила мурашки пробежать по телу, и в нос ударил запах водорослей. Сбоку росли тёмные камыши. Прямо перед нами колыхалась вода и лодка, привязанная к берегу. Но Агаты не было.
Ярослава прижалась к камням, сканируя берег взглядом. Иван тяжело дыша уставился на берег.