Полковник с подозрением посмотрел на развеселившегося пилота.
— Что? — спросил он, приподняв бровь.
— Мы же не будем состоять в профессорско-преподавательском составе академии, да? — хитро прищурившись уточнил Санни.
— Не будете…
— Тогда, значит, я могу приударить за парочкой милых кадеточек, пока мы находимся здесь… — пилот резко замолчан, возмущенно посмотрев на Шайлар, которая только что влепила ему подзатыльник.
— Увижу или услышу, что младший крошка Стейнард покинул твои штанишки и пришвартовался в каком-то академическом порту, и твой шаттл больше летать никогда не будет, — тихо, но с угрозой произнесла Шайлар.
— Эй, он не крошка! Он гигант, монстр, ни хрена не шаттл, а космический, мать его, линкор!
— Эй, великий покоритель галактики, портки держи на заднице, и проблем не будет.
— Но почему? Если леди согласны, а джентльмены готовы…
— Вот, шла бы речь о джентльменах — вопросов бы не было, а ты кобель самый обыкновенный. Дай тебе волю, и ты перетрахаешь половину академии, а после свалишь отсюда на своем адаре, и поминай тебя, как звали, а тут останутся толпы рыдающих дам с разбитыми сердцами.
— Черт, я дьявольски хорош, тут есть, о чем рыдать, — выпятив грудь выдал Санни.
— Стэйнард, я говорю первый и последний раз, увижу тебя с бабой — и… — тихо с угрозой в голосе произнесла Шайлар. — Если до тебя не доходят слова так, то считай это приказом своего командира. Охота отполировать свой космолет — иди в город и ищи там согласные ангары. Я ясно выразилась?
— Спокойно, полковник, спокойно. Не дурак, все понял. Так точно, мэм, — рассмеявшись Санни козырнул, уворачиваясь от очередного подзатыльника.
— Я рад, что вы прилетели, — бросил Лисар, когда все успокоились. Он поднялся из-за стола, опустошил стакан и направился к выходу. — Встретимся завтра на экзамене?
— Да, — кивнула ему Шайлар. — Пора бы в койку, — она с сомнением посмотрела на оставшуюся бутылку гартейна. — Хотя может и не сразу. До завтра, полковник Дидакис.
Лисар вышел из комнаты и закрыл за собой двери. Шайлар взглянула на товарищей:
— Ну, что мальчики, вспомним студенческие годы?
— Твою мать, опять на экзамен после попойки? — спросил Санни, скривившись. — Хотя, почему бы и нет, к цыпочкам ты меня не пустила, остается только напиться.
В комнате еще долго звучал смех, пока вся остальная академия спала, в ожидании первого дня экзаменов.
Глава 7
Огонь… яркий, жаркий, ревущий… все вокруг было охвачено жадным пламенем, жаждущим поглотить не только дом, но и людей, живущих в нем. Под столом в самом дальнем углу комнаты друг к другу жались два мальчика, испуганно цепляясь друг за друга.
— Ри, мне страшно и нога болит, — шептал сквозь слезы младший из них, заходясь в кашле.
— Не бойся, Олли, все будет хорошо, сейчас папа придет и вытащит нас. Он же бесстрашный командир, — с показной уверенностью твердил его старший брат. — И ногу твою вылечим, только выбраться бы отсюда, — мальчик погладил шестилетнего братика по такой же, как и у него, рыжеволосой голове. Где же папа, куда делась мама, если родители не придут за ними, то как же выбираться. «Ты мужчина, Риман, пусть маленький, но уже мужчина, будущий защитник и воин. Помни, не бывает безвыходных ситуаций, а есть трусы и лентяи, не способные найти выход», — раздался голос отца в голове одиннадцатилетнего Ри.
Внизу прямо под их ногами что-то грохнуло, шум рушащегося дома сливался в единую какофонию с адом, разверзшимся вокруг. Крики людей, взрывы, скрежет рушащихся зданий доносились из выбитых окон.
Шли минуты, а пламя подбиралось все ближе к прячущимся детям.
— Олли, нам придется идти самим, может папа и мама ждут нас снаружи и им просто не добраться до нас, — вглядываясь брату в глаза твердо произнес Ри.
— Нет, нет, нет, я боюсь, — качал головой, захлебываясь слезами, малыш.
— Ну ты чего, ты же мой бравый штурман, соберись, Олли, без тебя не вылезти. Ну же, давай, кто первый, спорим я? — Ри пытался придумать хоть что-то, заставившее бы его братишку подняться. — Помнишь, как я вылезал в окно, чтобы сбежать ночью к Донни? Чуть правее растет дерево, нам бы до него добраться, перелезем и спустимся, а там родители найдутся.
Ри поднялся, потянувшись к брату. Олли неуверенно схватился за руку старшего мальчика и поднял на него слезящиеся глаза.