– А, этот… Согласна… Я думала, ты про Лаврухина.
– Нет, Лаврухин был умный.
– Он же – маньяк?
– Умный маньяк…
– Тебе от этого легче?
– Немного.
– Ну ок… И какой же наш следующий шаг?
– Ты знаешь…
И вы знаете. Следом эмотивная заявилась ко мне в офис. Специально выбрала время перед самым закрытием, когда почти никого там нет. А на вопрос моей тревожной помощницы, как зовут клиентку и с какой проблемой та пришла, она с порога заявила:
– Меня зовут Настя. Я внебрачная дочь Игоря Лаврухина…
Бред какой, правда?! Сказать, что бедная Анна Василюк потеряла дар речи – это ничего не сказать. А Настя и дальше не давала помощнице опомниться:
– Я все знаю про его семью. Сын Матвей учится в седьмом «А» классе инженерно-технической школы на улице Академика Ильюшина, жена Алла – домохозяйка. Но мне ничего не надо, только повидаться с отцом!
– Но… я… – Аня, как истинная тревожница, лишь хватала ртом воздух. – Я не знаю…
– Зато я знаю! Наберите начальника по телефону, скажите, что к нему пришли, но не говорите, кто именно, пусть это будет сюрприз!
– Но… я… вы…
Так могло продолжаться еще долго. Ведь девиз тревожного типа – семь раз отмерь и ни разу не отрежь. Поэтому ситуацию снова взяла в свои руки эмотивно-шизоидная Настя:
– Или мы будем разговаривать совсем по-другому! – гостья неожиданно переменилась в лице и для доказательства серьезности намерений выставила вперед руку, которую до того по какой-то причине прятала за спиной.
После чего перед глазами Василюк сверкнул нож. Закричать она испугалась и повторно потеряла дар речи. А когда потянулась было к телефону, посетительница раздумчиво покачала головой – теперь уже не надо никому звонить…
Дальше, со слов самой Анны, она совершенно не плакала и не кричала, а переживала не столько за себя, сколько за меня, боясь, что подведет своего начальника. Хотя лично я предпочел бы, чтобы вместо этого она занялась делом и подала сигнал тревоги, хоть бы даже и заорав во всю глотку!
Но история не терпит сослагательного наклонения. И после затянувшейся паузы я поинтересовался по связи «директор – секретарь»:
– Анна, есть там еще кто?
Помощница ненадолго обрела дар речи:
– Да, Игорь Викторович, еще одна женщина…
– Еще одна женщина?.. Скажи ей, что до закрытия офиса осталось сорок девять минут. Среднее время приема у нас – пятьдесят. Она все равно не успеет излить мне свою душу!
– Говорит, ей нужно буквально пять минут! – все-таки закричала Василюк.
– Какая категория? – недовольно осведомился я.
– Четвертая… эээ… пятая…
– Так четвертая или пятая?!
– Четвертая… ннет… пятая…
– Ты издеваешься?