Лицей 2025. Девятый выпуск: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Потянувшись к вазе за яблоком, успел поймать Светин взгляд – печальный и мягкий.

Такси вызывать не стал – пошёл пешком, пошатываясь, как пьяный.

Лужи замёрзли, и ледок приятно похрустывал под ботинками. Высоко в небе висел холодный серп месяца.

…Такой же ясной октябрьской ночью они со Свет шагали по Александровскому парку в Питере. За деревьями темнел памятник подвигу миноносца «Стерегущий», стилизованный под громадный крест.

– Ты чувствуешь снег? – вдруг спросила Свет.

– В каком смысле?

– Как будто понимаешь, что он – вот-вот пойдёт. Такая влажная свежесть в атмосфере, – она втянула воздух. – Если не чувствуешь, сложно объяснить.

Он остановился – и она остановилась тоже. Весь вечер она держала его за руку – вернее, зажимала два его пальца в своём крошечном кулачке.

– Ты чего?

В свете одинокого фонаря у неё жарко блестели глаза, кончик носа покраснел от холода – время от времени она потирала его ладонью. Он зажмурился и решился, наконец, поцеловать её.

…Между сверкающей башней, в которой жили Печатниковы, и соседним корпусом жилого комплекса «Элита» чернел деревянный, на вид – заброшенный, дом. Окна его ослепли, дерево почернело, словно обуглилось. Хотя, может быть, он действительно горел – в таких местах дома часто поджигают, чтобы высвободить землю. Ребров коснулся этой черноты – подушечки пальцев остались чистыми.

В круге света заметались пылинки. Они сияли осколками ёлочной игрушки, которые в его детстве измельчали медным пестиком, чтобы потом смешать с клеем и нанести на марлю для новогоднего костюма.

Первый снег.

Ребров его не почувствовал.

Он чувствует только всяких уродов – и ищет их, пока не найдёт.

Уходя из гостиницы, Ребров сдал ключи от номера – и теперь пожалел об этом, потому что за стойкой портье никого не оказалось. Он нажал на звонок раз, другой – безрезультатно. Телевизор на стене показывал комедийный сериал без звука (и от этого отвратительная игра актёров становилась только заметнее).

После ужина у Печатниковых остался неприятный осадок. Он давно вычеркнул их из своей жизни: с Максимом старался по службе не пересекаться (и был несказанно рад, когда в прошлый раз в Староуральске всё разрешилось без него), заставлял себя не думать о Свет – никогда.

…Вот и сейчас, вспомнив её, снова вышел из равновесия, да так, что едва не перемахнул через стойку за ключом.

Из лобби-бара доносились громкие нетрезвые голоса: обсуждали наполеоновские войны – необычный выбор темы для разговора за вечерним бокалом горячительного. Историки, наверное.

Со стороны лестницы показалась портье. Увидев его, она даже не попыталась прибавить шагу, но извинилась за заминку и одарила пожеланием спокойной ночи. Ребров в ответ лишь усмехнулся – в ближайшие часы он спать не собирался. Недавний гнев отхлынул, обнажая пустоту.

В номере было душно и пахло хлоркой. Он открыл окно, поплескал в лицо холодной водой, сходил за кипятком и заварил чай. Достал бумаги, которые прихватил с собой, и раскрыл собственный допотопный ноутбук.

Ребров вбил в поисковик запрос «Лектор Каннибал СтарГУ». Посмотрел видео, периодически нажимая на паузу и делая пометки в блокноте.

Чай неожиданно быстро остыл, стал мыльным и пресным; на поверхности собралась неаппетитная плёнка. Всё дело – в воде; в деревне, где он проводил лето в детстве, чай получался таким же чёрным и без всякого вкуса. Нормальный чай заваривался только дома, в Питере. У невской и ладожской воды, даже кипячёной, – особый вкус.

Хотелось лечь и вытянуть ноги – но для его тела это всегда был сигнал расслабиться и работать вполсилы. К тому же, после сегодняшней суеты существовала реальная опасность уснуть.

Сразу за роликом «Лектора Каннибала» запустился другой, про «университетского стрелка» Басалаева. Эту историю он знал хорошо, и она его сейчас интересовала мало. Посмотрел менее внимательно, фоном. Пару лет назад студент первого курса юрфака Басалаев вошёл в здание СтарГУ с охотничьим ружьём и застрелил шесть человек. Возможно, жертв было бы больше, – но первокурсница Михайлова, выскочившая на улицу в самом начале пальбы, добежала до Комсомольского проспекта и остановила машину дорожно-постовой службы. Дэпсы не стали дожидаться подмоги – и этим, вероятно, спасли жизни многим студентам и преподавателям. Басалаева тяжело ранили, но он выкарабкался, и теперь по приговору суда до конца жизни будет сидеть на Вологодском пятаке, а потом сгниёт в номерной яме.

Судя по тому, как легко Реброву удалось пройти в здание, – уроков из той трагедии в СтарГУ не вынесли; хотя, кажется, бывшего ректора «ушли» как раз из-за неё.

Ребров собирался закрыть окно просмотра видео и вернуться к документам, когда заметил в разделе «Рекомендованные» ещё два ролика о СтарГУ. Первый назывался «Скандал с пожаром». Внизу стояла дата – март 2003 года.

Первые кадры – кирпичное здание общежития в окружении огромных заснеженных елей. Из окон пятого этажа с треском и гулом вырывается пламя, летят какие-то ошмётки. Вот выпадает что-то крупное – не хочется думать о том, что это может быть человеческое тело. Перед фасадом выстроились несколько пожарных машин и машин скорой помощи. Люди суетятся, слышны крики, ругань, плач.

Толпа полураздетых студентов. Камера выцепляет девушку в наброшенной на плечи чужой куртке, рыдающую до икоты, и другую, в пуховом старушечьем платке, которая гладит первую по голове.

«Она прыгнула, прыгнула!» – кричит кто-то за кадром срывающимся голосом.