— Доброе, — отозвалась я и, повернувшись на бок, позволила себе прижаться к его телу.
Он улыбнулся уголками губ и провел пальцем по линии моего плеча.
— Я уже начал думать, что ты опять вышвырнешь меня утром, — сказал он, не сводя с меня взгляда.
— Сегодня у меня нет таких планов, — ответила я, усмехнувшись и снова потянувшись, как кошка. — Сегодня я разрешаю тебе остаться.
Его улыбка стала ярче, глаза чуть прищурились, и он наклонился ко мне. Губы коснулись моих легко, будто так и должно было быть всегда. Не начало, а продолжение чего-то давно знакомого.
— Мне нравится твоя решимость, — сказал он, оставаясь так близко, что я чувствовала тепло его дыхания на своей коже.
— А мне твое терпение, — я провела пальцами по его груди, очерчивая неровные линии, будто пыталась на ощупь нарисовать карту его тела. — Особенно если вспомнить все, что я устроила.
Он усмехнулся, и звук вышел низким, будто скрытым в горле. Его плечо чуть дрогнуло, а рука легла мне на талию, осторожно притягивая ближе.
— Кажется, я это заслужил, — сказал он после короткой паузы, удерживая мою руку на своей груди. Его голос стал ниже, спокойнее, и в этой интонации чувствовалась уверенность человека, который привык доводить все до конца. — Ведь первым начал провоцировать именно я.
Я приподняла голову и посмотрела на него, а улыбка сама коснулась моих губ.
— И не пожалел?
Его взгляд на секунду стал серьезным, глаза потемнели, в них будто отразилось все то, что он хотел скрывать до этого момента.
— Ни на секунду, — ответил он. Затем наклонился и поцеловал меня снова, дольше, теплее. Этот поцелуй не был игрой. В нем заключался ответ на каждый вопрос, который я могла задать.
Даня отстранился совсем ненадолго, и снова улыбнулся, будто признавался в тайне.
— Хотя иногда думал, что ты никогда не сдашься.
Я засмеялась и качнула головой, позволяя себе расслабиться и утонуть в его прикосновениях.
— Тогда почему не отступил?
— Потому что кое-что я понял, — произнес он почти шепотом. — Ты стоишь любых мучений.
Я не удержалась и улыбнулась шире, коснувшись губами его губ, будто подтверждала услышанное.
— Красиво звучит. И немного рискованно.
Он коснулся моих волос, пропуская прядь между пальцами, и чуть приподнял бровь с легкой усмешкой.
— Думаешь, я рисковал?
— А разве нет?
Он слегка покачал головой и прижался лбом к моему, задерживаясь в этом простом жесте, в котором было больше чувств, чем в самых пылких словах. Его губы едва коснулись моих, и я услышала его шепот:
— Рискованно было только отпустить тебя в первый раз.
Он не дал мне ничего возразить. Его губы снова накрыли мои, на этот раз поцелуй был неторопливым и уверенным, будто подтверждал каждое свое слово прикосновением.
Его рука скользнула выше по моей спине, и я позволила себе полностью раствориться в этой близости. Все остальное перестало существовать.
Мы лежали так долго, в тишине, прерываемой только нашими дыханиями. Его ладонь оставалась на моей спине, мои пальцы лениво скользили по его груди, будто проверяли, действительно ли он рядом. Время перестало иметь значение. Комната наполнилась утренним светом, и казалось, что именно этот свет удерживает нас вместе.
Но наконец Даня пошевелился, словно нехотя возвращаясь к реальности. Осторожно отпустил меня, поднялся и сел на край кровати. Я уловила легкое движение его плеч, когда он потянулся за футболкой.
— Нужно хотя бы сделать вид, что я полезен, — сказал он с полуулыбкой, натягивая футболку.