Маша нахмурилась и долго молчала. Но потом все-таки заговорила.
— В последнее время участились случаи нападения монстров. У Элдриджей тут ферма неподалеку. Стал пропадать и гибнуть скот. Работники отказываются выходить на смену. Элдриджи почему-то решили, что я виновата во всех их бедах.
Маша еще немного помолчала. Ее плечи пару раз нервно дернулись. Видимо, неприятные воспоминания навалились с новой силой.
— Наш дом единственный с этой стороны реки, — продолжила она свой рассказ. — Но большинство монстров обходят нас стороной. Я умею их отваживать. Хотя, стараюсь держать это в секрете. Но шило в мешке не утаишь. Вот Элдриджи и решили, что я с тварями из аномалий заодно. Указываю, типа, на кого нападать. И задумали свести счеты. Похитили меня на рассвете, когда я пошла в лес за травами. Весь день продержали в каком-то сыром подвале, а под вечер вывезли в лес. Вот и вся история. — Машкины глаза гневно сверкнули.
— Кто еще знал, что они повезли тебя сюда? — обеспокоенно спросил я.
— Только их отец, Элрой. — В Машином взгляде промелькнул страх.
— А как же старший брат?
— Я же говорю, он в Кровавом дозоре. Живет прямо там, на их базе. Дома бывает редко.
— Ясно, — задумчиво проговорил я. Картина вырисовывалась, мягко говоря, не очень радужная. — И что Элрой? Ты его видела?
— Нет. Только слышала, как он велел увести меня подальше в лес, прикончить, а потом закопать. Говорил про Черную лощину. Но у тех двоих не хватило смелости. Страшное место. Проклятое. Говорят, там духи живут. Меня бы там точно искать не стали. Ну разве что, отец с братом.
— Ты с ними живешь?
— Ага. — На девичьем лице внезапно изобразилось беспокойство, а потом она и вовсе воскликнула: — Вот черт! Они, наверное, меня уже обыскались. Надо срочно возвращаться.
И моя собеседница резко потеряла интерес к беседе. Прикрыв глаза, она сосредоточенно наморщила лоб и полностью ушла в себя. Видимо, пытается понять, где сейчас Снег.
Пока Мария пребывала в легкой форме транса, я быстро обмозговал создавшуюся ситуацию. Если папаша этих двух отморозков знал, куда они намылились, то ничего хорошего от него ждать не стоит. Достаточно будет ему увидеть, что девчонка жива и здорова, он тут же смекнет, почему его туповатые отпрыски решили вдруг задержаться в лесу. И дальнейшие его действия нетрудно предугадать. Особенно если принять во внимание, что еще один сынок служит в Кровавом дозоре. И если эти двое в порыве мести заявятся к Машке домой, то и на меня выйти не составит особого труда. А это уже очень серьезная проблема. И ее надо срочно решать.
Тем временем девчонка внезапно открыла глаза и поспешно засобиралась.
— Я его не чувствую, — растерянно проговорила она. — Словно сквозь землю провалился. Это нехорошо. Нам надо убираться отсюда! — Она схватила меня за руку и потянула прочь из укрытия.
— Да подожди ты! Дай вещи собрать! — недовольно огрызнулся я.
Быстро упаковав вещмешок, я поплотнее подогнал оружие, и мы поспешно выдвинулись в юго-восточном направлении. Выбранная в качестве южного ориентира ель осталась ровно на полвторого. Похоже, Мария умеет ориентироваться на местности не хуже моего. Достойный уважения навык.
— Слушай, а где, говоришь, эти Элдриджи живут? Не хотелось бы попасться им на глаза. Вещички сразу узнают. — Я решил схитрить, чтобы разузнать место дислокации отбитой семейки.
— Я не говорила. — Маша резко остановилась и внимательно посмотрела на меня. Даже сквозь окружающий сумрак я чувствовал ее подозрительный взгляд. — Ты что задумал, Алекс? Хочешь свалить по-тихому? Не советую. Документов у тебя нет, сам не местный, элементарных вещей не знаешь. Да ты дальше Зареченска не уйдешь. Знаешь, что здесь делают с такими, как ты? Нет? А я тебе расскажу: отправляют на рудники или на арену в качестве мяса. Тебе лучше пойти со мной. Отец что-нибудь придумает.
Я был полностью согласен с девчонкой и с радостью бы принял ее предложение, если бы не этот чертов Элрой. Чем дольше эта проблема топчет землю, тем хуже для меня, да и для Машкиной семьи тоже.
— Ты серьезно собираешься притащить вооруженного незнакомца к себе домой? Просто выведи меня к жилью и скажи, где живут эти Элдриджи, чтобы я случайно на них не нарвался. А я уж как-нибудь сумею о себе позаботиться.
— Каким бы грубияном и занудой ты ни был, Алекс, но лицезреть твою физиономию на арене я не хочу. Послушай, не глупи. Пойдем со мной. Переночуешь у нас, а потом уж решишь, как дальше быть.
Проклятье! И почему она такая упрямая? Неужели трудно просто ответить на поставленный вопрос? Ну раз так, попробуем действовать немного по-другому.
— Хорошо, Мари, — я тоже решил сократить ее имя. «Маша» для такой сообразительной особы звучало как-то несерьезно, — я загляну к тебе домой. Но ты все равно расскажи мне про окрестности. Тебе не сложно, а мне полезно. Всяко лучше, чем молча по лесу тащиться. Кстати, долго нам еще? — Пришлось пойти на хитрость, чтобы выведать нужную мне информацию.
Мария удовлетворенно хмыкнула и зашагала дальше.
— Полчаса еще примерно. Может чуть больше. Наше хозяйство самое восточное. После нас только необжитые места. Да к тому же мы единственные поселились на этой стороне реки. Остальные опасаются жить так близко к лесу. На том берегу как-то спокойнее. После нас на западе как раз и стоит ферма Элдриджей. У них богатое хозяйство, заливной луг на излучине реки, много скота и птицы. Еще западнее — участок Трофима Ивановича Верхоянова. Он, как и мы, в основном охотой промышляет. А после уж идет территория, принадлежащая городу. Раньше назывался Зареченском, а как власть сменилась, переименовали в Риверсайд.
У меня даже дыхание перехватило от последней фразы. Похоже, в Омеге мою родную землю каким-то немыслимым образом подмяли под себя выходцы с туманного Альбиона или же схожие с ними по наречию супостаты. Хрень какая-то. Надо это дело исправлять. Значит, после Сашкиного освобождения будет чем заняться.
— С юга из Риверсайда выходит Ньютаунский тракт, который тянется до столицы нашего округа, Ньютауна.
— Новгород, что-ль? — с удивлением спросил я.