— Седьмой?..
— Седьмой? Не может быть такого…
Послышались грустные вздохи.
— Мой брат умер после второго, а мне решили что и одного хватит.
— Третий у нас был самым высоким.
— Не верится…
— Не верится? Ты видел какой он быстрый⁈
— Видел-видел…
— Тогда не удивительно что он Турхуса победил, у него выше круг, теперь все понятно…
Вообще, среди всех этих детей Саркх был одним из сильнейших со своим Третьим кругом. Однако… такая разница как четыре круга давала слишком большую разницу в силе и скорости, и с Зур'дахом он и близко сравниться не мог.
— За мной. — махнул им однорукий.
Они отошли от Ямы.
Похоже, с Шустряком на сегодня закончено.
Прошли совсем недалеко, буквально шагов пятьдесят.
— Объясняю для новичков, но вы тоже повторяйте, — кинул он остальным детям, — Среди вас половина до сих пор в тренировке с Шустряком резко забывает то, чему вас учили.
— Вам четверым нужно было прочувствовать скорость и движения Шустряка. Будем считать, что ваше первое знакомство произошло. А теперь пора научить вас правильному увороту и уходу от атаки. Я делаю — вы повторяете.
Дети выстроились перед наставником.
— Показываю.
Однорукий стал в обычную стойку, и сделал вид будто на него нападет тварь. Миг — и он совершил неуловимое плавное движение. Левая, опорная нога осталась неподвижно, а правая прошуршала по полу полукруг и старик сместился. Он повторил еще раз тоже самое, но медленнее.
— Еще раз. Запоминайте.
Вновь такое же движение.
Раз десять-пятнадцать он показывал его, а потом посмотрел на Зур'даха:
— Теперь вы.
Вроде ничего сложного.
Одна нога на месте, только ступня чуть разворачивается, а вторая циркулем чертит полукруг вместе с небольшим разворотом корпуса.
Я и сам так делал.
Пошли дружные шорохи десятков ног, выполнявших одно и тоже движение. Однако, дети были явно уставшими. То, что они собрались с силами для тренировки с Шустряком наверное было максимумом. Пары часов после предыдущей тренировки им явно не хватило для восстановления.
Зур'дах, впрочем, тоже чувствовал слабость в теле, но она была преодолима. Выжимать из себя правильные движения он мог.
Двадцать раз. Тридцать раз.
Раз через пятьдесят, через множество исправлений от однорукого, он стал делать уход из под воображаемой линии атаки гораздо плавнее. Быстрее всех ухватила движения Кайра. Получалось у нее это легко и изящно, тогда как даже у тех мальчишек, кто занимался больше недели-другой выходило всё ещё неуклюже.