Хммм.
Я вспомнил, как Бэнкс извинялся на сцене раньше.
Честно говоря, мне все еще хотелось набить ему морду за тот бардак, что он устроил в начале, но я понимал, что Бэнкс сделал все это ради Мони.
И как раз в этот момент шеф Фу и Бэнкс чокнулись бутылками пива в знак уважения и о чем-то усмехнулись.
Ладно, Бэнкс. Я принимаю твои извинения. Просто веди себя с уважением дальше.
Я глянул на стол его матери и заметил, как Марсело несколько секунд смотрел на Мони, а потом снова опустил взгляд на свои карты.
Но вот с тобой-то мне что делать?
Мони не хотела, чтобы я убивал Марсело, а мне тяжело было врать ей в глаза. Все это ставило меня в дерьмовое положение, если бы я реально решил сделать ход против него и против Юга. Если бы мне все-таки удалось убрать Марсело, она пришла бы ко мне и прямо спросила, имел ли я к этому отношение, и... я вообще не уверен, смог бы тогда скрыть ложь на своем лице.
В груди нарастало давление.
А я не могу ее потерять. Как бы сильно мне ни хотелось прикончить этого ублюдка.
Так что я дал себе слово держать свои порывы под контролем.
Пока что...
Отбросив мысли о насилии, я снова сосредоточился на происходящем и вернул внимание к Диме.
Он открыл первый листок и посмотрел, какое имя там было написано.
На его лице появилась та самая любопытная ухмылка.
Потом он сделал пометку в своем блокноте.
Чье же там было имя?
Дима развернул второй листок с той самой понимающей улыбкой и кивнул.
И в этот момент из ниоткуда мелькнула белая лапа, пытаясь сбить у Димы из рук ручку.
Дима улыбнулся Барбаре Уискерс, которая уставилась прямо на его ручку.
Роуз рассмеялась.
Проявляя терпение, о котором я даже не подозревал, Дима аккуратно отодвинул лапу Барбары свободной рукой и вернулся к тому, чтобы записывать результат.
Но Барбара не отставала.
Когда он сделал следующий взмах ручкой, Барбара снова прыгнула, и в этот раз ее лапа задела его руку как раз так, что по бумаге пошла кривоватая линия.
Дима нахмурился, глядя на нее:
– Ты что, тоже хочешь проголосовать?
Ее хвост дернулся с такой энергией, как будто она уже готовилась к следующему раунду схватки с ручкой.
Дима попытался в третий раз.
Барбара снова прыгнула, неуклюже ударив лапой по его ручке.
Он усмехнулся, отложил ручку рядом с листом для подсчетов и провел пальцами по усам Барбары, легко ее дразня: