Адриан смотрел в пол, голова его была опущена. и потому казалось, что он и вовсе без сознания. В груди у меня похолодело от мысли, что он мог умереть, использовав свою магию и не желая ждать казни. Проклятый эльф! За него было так страшно, что совсем не получалось думать!
- А ты меня не торопи! - прошипела я в сторону стражника. - У меня уплачено! Уплачено, и я всё ему выскажу! Пусть он знает, что его туман сделал с Боуэром! И что он сделал со мной! - я ударила себя в грудь и пошатнулась.
- Он знает, - не отставал стражник. - Ему уже все сто раз рассказали. Плюй быстрее, я спать хочу!
- Слушай, ты! - шагнула я к нему и зло сверкнула глазами. - Я дала тебе денег, всё, что у меня было! Дай мне рассказать этому негодяю всё! Всё! Ик! И тогда я плюну и уйду! Я - что? Я много прошу? Или ты стал таким, как он? И считаешь, что за мой дом в тумане достаточно просто один раз плюнуть? Или достаточно просто умереть завтра на казни? Скажи! Моя жизнь уничтожена им! - я ткнула пальцем в сторону Адриана и всхлипнула, решив, что для выпившего человека переход от ярости к рыданиям вполне нормален и не вызовет подозрений.
- Да хоть сто раз плюй, ничего не изменится, - ответил стражник, но махнул на меня рукой: - Пьянь и есть пьянь. С эльфом - без эльфа, с туманом - без тумана, всё равно подохнешь же, а я спать хочу! Знаешь, сколько вас таких шляется за весь день... - он сунул руку в карман, и мои отданные ему деньги напомнили о том, что всё же я не такая, как прочие. Хоть и, безусловно, пьянь.
Стражник брезгливо оглядел меня и молча пошёл прочь, оставив меня наедине с пленником.
Он знал, что я ничего не смогу сделать. И я тоже это знала.
***
Пока не стихли шаги стражника, я навзрыд выкрикивала разные проклятия в адрес Адриана, постепенно переходя на тихий голос.
Эльф по-прежнему не шевелился, и теперь, когда стражник унёс с собой единственный источник света, я не видела совершенно ничего. Протянув руку, нащупала прутья решётки, приблизилась и тихо позвала:
- Адриан... Ответь мне, пожалуйста...
В ответ последовала лишь тишина, и я устало прислонилась лбом к холодному металлу прутьев.
Он не может или не хочет говорить со мной, а мне даже не узнать истинную причину этого молчания...
- Ты ни о чём не спросила, Айла, - раздался спокойный, привычно насмешливый голос принца. - На какой вопрос ты хочешь получить ответ?
Сердце забилось чаще: на основной вопрос эльф уже мне ответил. Он жив! Не знаю, почему это так обрадовало меня, ведь окажись он мёртв, было бы куда проще...
Шумно выдохнув, я не смогла скрыть правды:
- Ты напугал меня...
Он усмехнулся. Я по-прежнему ничего не видела и потому не могла понять, насколько всё плохо у эльфа.
- Итак, Айла вернулась в Боуэр? - поинтересовался принц. - Ради меня или ради принцессы?
Он спросил это таким тоном, словно насмехался надо мной. То, что я примчалась сюда, предав свою мечту, ни капли его не трогало.
- Конечно, не ради вас, - фыркнула я, отстраняясь от решётки. - Ради Берга, лавочника.
- Того самого, что подкладывал тебя под свякий богатенький сброд ради прибыли? - уточнил Адриан, и мне захотелось повернуть время вспять и отправиться с Линдой в её город или же остаться в Роуфоре по доброй воле. Что угодно выбрать, но не возвращаться в Боуэр и не говорить с надменным эльфом.
- Да, того самого, - гордо ответила я. - Он мой друг. Вряд ли ты поймёшь, что это такое.
- Тут не поспоришь, - неожиданно согласился он, и голос на этот раз прозвучал даже как-то печально.
Увидеть бы его лицо, выражение глаз... Понять бы, почему он так со мной...
- Я всё, что говорила - это для стражника, - оправдалась я, видя единственной причиной столь холодной встречи то, что Адриан просто не так меня понял.
- Это достаточно очевидно, чтобы не пояснять, Айла, - ответил он. - Куда больше меня нтересует, зачем всё это?
Я не знала ответа. Зачем мне приходить сюда? Зачем переживать за судьбу этого отвратительного мужчины? Зачем рисковать?
Молчала я, видимо, долго, и потому Адриан сделал нечто странное. Его цепи звякнули, а руки начали творить заклинание. Простенькое, не требующее много знаний и сил. От кончиков длинных пальцев эльфа пошёл свет. Серебристый, неясный, похожий на свет луны...
Взгляд эльфа оказался устремлён на меня. За то время, что мы не виделись, его лицо осунулось, украсилось синяками и крупным порезом на левой скуле. Адриан был лохмат, одет в изорванную одежду и едва держался н ногах. И тратил последние силы на то, чтобы посмотреть мне в глаза...