— На самом деле вас благодарят все жители Убежища, — обратилась ко мне смотритель Макнамара, — Я даже не представляла, какую опасность скрывал "Волт-Тек" совсем рядом с нами…
— Давайте об этом мы с вами лучше поговорим в вашем кабинете, Гвен, — прервал я девушку, — Есть вещи, которые лучше всего не обсуждать в присутсвии других людей. Да и Остину нужен покой, после принятия лекарства.
— Пожалуй, вы правы. Тогда прошу ко мне, — сказала Гвен и покинула медпункт.
Мы пошли следом за смотрителем. Кюри отправилась с нами, как последний из учёных исследовательского центра Убежища 81. Благодаря ней, мисс Макнамара сможет получше узнать, что творилось в закрытой части Убежища. Надеюсь, что после нашего рассказа смотрителя не хватит удар. А то, как слышал от доктора, состояние здоровья у Гвен не очень хорошее. Не хотелось бы становиться причиной его ухудшения, после всего того, что с нами было.
Глава 28: Важные разговоры и душевные разговоры
— Итак, как я поняла из записей первого смотрителя Убежища, рядом с нами была устроена секретная лаборатория, — сказала нам Гвен, когда мы устроились в её кабинете.
Сам офис смотрителя представлял собой просторное, чистое и аккуратное помещение. Пол и стены были коричневого цвета, только разных оттенков, которые прекрасно сочетались друг с другом. На стенах можно было заметить парочку картин, подчёркивающих красоту этого интерьера. Около этих самых стен стояли шкафы с книгами и документами. В центре кабинета был установлен рабочий стол, на котором стоял терминал. В углу офиса стояла пара диванов и небольшой журнальный столик между ними. Именно там мы и расселись. Пайпер, Кейт и Нора сели на один диван, а мы со смотрителем на другой. Кюри же просто парила рядом с нами. Всё-таки "Мисс Няне" сидеть не нужно.
— Да, всё именно так, — кивнул я, — Это достаточно большой лабораторный комплекс, в котором было всё обустроено для работы с различными химикатами, наблюдением за жителями Убежища, а также для разведения кротокрысов и последующего проведения опытов на них.
— Ужасно. Просто ужасно. И мы просто жили в Убежище в течение двухсот лет, даже не представляя, что происходило рядом с нами, — Макнамара устало потёрла глаза и посмотрела на меня, — В каком состоянии сейчас эта часть Убежища? И стоит ли нам ждать новых нападений кротокрысов?
— Если бы вы постоянно не ремонтировали своё Убежище, то оно бы было примерно в том же самом состоянии, что и этот небольшой комплекс, — ухмыльнувшись, отметил я, — Правда там ещё кротокрысы немало попортили стены и полы своей любовью к копанию тоннелей. А что касается новых нападений грызунов-мутантов, то тут сложно сказать.
— Поясните.
— Хоть мы и убивали всех кротокрысов на своём пути, однако за столько лет они успели накопать себе немало тоннелей. А это значит, что кто-то из них мог где-то спрятаться.
— Понятно, — устало вздохнула девушка, а потом посмотрела на Кюри, — А это видимо тот самый робот, о котором писала Оливетт.
— Я — клинический юстировочный робот-интерн, или КЮРИ, — сказала "Мисс Няня" — Вместе с моими коллегами доктором Флинтом, доктором Берроу и доктором Коллинзом мы занимались разработкой лекарства от всех болезней человечества…
В общем Кюри рассказала нам всё. И про то, чем занимались учёные в условиях полной изоляции. И про их опыты на кротокрысах. И про то, как на её глазах постепенно погибли все её коллеги, после чего она проводила исследования в одиночку. Довольно-таки интересная получилась история. Правда у смотрителя Макнамары была парочка вопросов.
— Кюри, то есть ты хочешь сказать, что жители Убежища 81 были в курсе того, что их хотят заразить вирусами, — решила уточнить Гвен этот момент, — Я правильно тебя поняла?
— Согласно моим данным, корпорация "Волт-Тек" получила разрешение резидентов Убежища на проведение клинического исследования третьего уровня, — прозвучал такой ответ от робота, — Однако по какой-то причине мы так и не стали их проводить. Когда я спросила об этом у доктора Коллинза, он просто сказал мне, что мы переводим всё своё внимание на кротокрысов. Согласно политике "Роб-Ко", роботы должны чётко выполнять свои инструкции, поэтому я не стала дальше у него ничего выяснять и продолжила работу.
— Жители Убежища 81 не были в курсе того, что над ними собираются проводить опыты. Как впрочем и во многих других Убежищах тоже, — хмуро сказала Нора.
— Невозможно. В моей программе указано, что "Волт-Тек" проводит исследования, которые никаким образом не нарушают установленные нормы профессиональной этики и существующей человеческой морали, — голос Кюри стал жёстким и она пристально посмотрела на меня, — Вы же сотрудник "Волт-Тек". Неужели вы поверите в эту ложь?
Я переглянулся с девушками. Никто не знал, что сказать на это заявление, учитывая то, с каким специфическим учёным нам приходится иметь дело. Вздохнув, я собрался с мыслями и ответил роботу:
— Извини, Кюри, но я соврал тебе. Я не из "Волт-Тек". "Волт-Тек" вообще уже двести лет как не существует. Их Убежища по большей части были созданы для проведения экспериментов над людьми. При этом никто из резидентов никогда не дал бы своего согласия на подобное. Скорее всего в твою программу специально ввели ложные сведения, чтобы ты не заметила
— У вас есть доказательства?
— Одно из живых доказательств сидит с нами в комнате, — указал я на адвоката, — Нора — жительница Сэнкчуари-Хиллз. За несколько минут до начала войны стала резидентом Убежища 111. Что там у вас было, Нора?
— Криокамеры, — ответила девушка, — Нам сказали, что мы должны будем пройти процедуру обеззараживания в специальных камерах, но, когда мы зашли туда, нас просто заморозили. Нас даже никто не спрашивал, а просто взяли и превратили в сосульки на двести лет.
— Какой кошмар. Сотрудники того Убежища просто негодяи, — возмущённо сказала Гвен.
Кюри же на какое-то время затихла. В течение пяти минут она просто парила на одном месте без лишних движений. Это неудивительно. Сложно чувствовать себя нормально, узнав, что всё то, во что ты верил, оказалось ложью. Если людям хреново становится после этого, то каково роботу с развитым интеллектом
— Кюри, я знаю, что тебе как роботу крайне сложно во всём этом разобраться. Однако нам бы не хотелось, чтобы ты излишне на этом зацикливалась, — решил нарушить я тишину, — "Волт-Тек" больше нет. "Роб-Ко" больше не существует. Свою задачу ты выполнила. И что самое главное: благодаря тебе была спасена человеческая жизнь.
— И что мне теперь делать? Как мне жить? — обратилась ко мне "Мисс Няня", — Доктор Коллинз хотел, чтобы я вышла на поверхность и исследовала этот мир, но мне сложно к этому приступить, зная, что все мои коллеги были тесно связаны с возможным нарушением профессиональной этики. Вдобавок, мои директивы по поводу того, что я не могу покинуть лабораторию без разрешения сотрудника "Волт-Тек" всё ещё действуют, даже несмотря на то, что корпорации больше не существует.
— Твои коллеги были учёными. А учёные — это такой народ, который иной раз плюёт на нормы морали и нравственности ради успехов в науке. Флинт, Коллинз и Берроу запомнились тебе приятными людьми? Значит живи с этими воспоминаниями, и не думай ни о чём другом. Всё-таки за организацию подобных бесчеловечных экспериментов несёт ответственность "Волт-Тек", но никак не эти учёные, — ответил я, — Что касается твоей главной директивы, то тут всё просто. Раз смотритель был назначен "Волт-Тек", то он также является его сотрудником. Хоть и прошли годы. И немало смотрителей сменилось. Но полномочия у текущего смотрителя ещё остались. А это значит…
— Что Гвен может спокойно разрешить тебе покинуть Убежище, — решила вмешаться в наш разговор Пайпер.