Каменные ступени вели вниз, откуда сразу пахнуло зловонием гнили, сырости и мочи. Грей поморщился, сдержавшись от того, чтобы не достать платок и не зажать нос, и вскользь подумал о том, каково было Алоизасу находиться в плену столько времени, если он в действительности был здесь. Мастер знал, что северянин любил и ценил комфорт, хотя и мог вынести более суровые условия.
Спустившись в подвал, Фергус стал еще более сосредоточенным и застыл, потянув носом воздух. Он осторожно коснулся шершавой грязной стены и шагнул вперед, озадаченно хмурясь. Грейден тихо пошел за ним, ничего не спрашивая, потому что понял: Грех напал на след.
– Создатель, каково тебе с волчьим обонянием чувствовать запахи в таком месте? – еле слышно полюбопытствовал Грейден, глядя на пустоту за проржавевшими решетками.
– Ужасно. Отвратительно. Но я вдыхал и более мерзкие ароматы, – хрипло засмеялся в ответ Фергус. – Больше человеческой вони меня выбивает энергетический след. Но Алоизас здесь точно был.
Грейден выдохнул, глядя на то, как уверенно Фергус направился к средней камере и застыл около распахнутой дверцы с очень странным замком.
– Здесь. Он был здесь.
Грейден подошел ближе и посмотрел на пустое помещение, в котором было только наполненное ведро и отсыревший, грязный матрас. Он тронул концом трости распахнутую дверцу, заставив ту издать тихий скрип, но проходить внутрь не стал. Впрочем, как и Фергус.
– Ты чувствуешь, куда дальше ведет след?
– Нам туда. – Фергус ткнул пальцем в сторону едва заметной дверцы, ведущей в другую часть здания. Замок был также открыт, и они без труда поднялись по второй лестнице, выходящей в обычный коридор. След провел их сквозь обгоревшую галерею и вывел к одному из выходов здания.
Холл напоминал сущий кошмар, отчего Грей и Фергус одновременно застыли у порога и встревоженно огляделись. Кажется, здесь произошла настоящая бойня, и, хотя все тела уже унесли, пол и стены были так залиты кровью, словно здесь вырезали целый отряд Ордо Юниус. На противоположной стене зияла огромная вмятина, над которой алые брызги устремлялись вверх.
А еще вокруг были черные перья. Они медленно падали с лестничных перил и подоконника, утопали в застывшей крови, покрывали ступени, ведущие на второй этаж. Фергус пришел в движение первым и подошел к луже крови у приоткрытых дверей. Его ботинки оставляли следы в липких багровых лужах, и Грей постарался больше туда не смотреть, когда пошел за ним.
Кровавое пятно у стены было словно отделено вокруг чистым пространством, и от того, как на него уставился Фергус, Грею стало не по себе.
– Алоизас? – тихо спросил Мастер.
– Алоизас, – подтвердил Фергус. – Но он не мертв. Его тяжело ранили тут… а потом пришел Хайнц. Кажется, он и правда его забрал.
– Он призвал его. – Грейден указал тростью на смазанную пентаграмму на полу. Она вся уже истерлась под множеством ног и кровавых разводов, и все же Грей сумел распознать на ней знаки призыва.
Они еще немного осмотрелись, чтобы убедиться в том, что ничего не упустили, а затем Грей сказал:
– Пойдем к Вальтару. Вряд ли мы здесь еще что-нибудь найдем.
В то же время
Мейбл в очередной раз подошла к окну, беспокойно скрестив руки на груди. За окном ярко светило томное августовское солнце, согревая землю перед наступающей осенью с ее холодами и дождями. По вытоптанной тропке со стороны сада Хранители Очага толкали маленькую тачку, наполненную спелыми яблоками и грушами. Попеременно каждый из них присаживался, желая прокатиться на тележке, и остальные толкали еще усерднее, радуясь, как дети.
Мейбл хотела бы разделить их восторг от хорошей погоды и первого урожая после катастрофы, но внутри нее все обмирало от беспокойства. Пару часов назад они узнали о пожаре и трагедии в районе Кастанс, и теперь Мейбл боялась тех вестей, что могли оттуда привезти. Она ужасно хотела быть там, но Грей и Фергус настоятельно просили ее остаться, словно отгораживая девушку от потрясений. Мейбл считала себя сильной, многое повидала, но все равно не стала возражать, потому что смерть Алоизаса была не тем, что она смогла бы спокойно перенести.
Никто до сих пор не знал, куда пропал северянин, следов они не нашли, и приходилось лишь строить догадки о том, где его могли держать. Как бы ни ворчал Мастер Монтгомери, Мейбл была твердо уверена, что Алоизас попал в плен.
Она надеялась и молилась Создателю и Его Братьям о сохранности северянина, но с каждым днем все больше отчаивалась. Что будет, если она узнает о его смерти? Сможет ли вынести потерю друга? Мейбл никогда не сталкивалась с потерей настолько близких друзей и не хотела знать этого горя.
– Мейбл? – К ее спине прижалась теплая ладонь, и девушка крупно вздрогнула, едва не подскочив на месте.
Она обернулась и столкнулась с распахнутыми голубыми глазами Шерил. Девушка беспокойно заглядывала ей в лицо, и ее пальцы сильнее стиснули рубашку на пояснице Мейбл, словно Шерил боялась, что ведьма сейчас убежит.
– Ох, Шерил.
– Я никак не могла тебя дозваться.
– Прости, задумалась. Ты уже все сделала? – Мейбл вымученно улыбнулась. Она бросила взгляд через плечо Шерил на корпящих за столом Эдена и Джека, которые что-то рассматривали в книге, едва не прижавшись головами друг к другу от усердия.
– Да, я сдала основное еще позавчера, так что сегодня у меня меньше работы, чем у них, – ответила девушка. – Переживаешь?
– Ужасно боюсь узнать, что они нашли Алоизаса… – Мейбл так и не смогла выдавить из себя слово «мертвым» и едва сдержала порыв зажать рот рукой, чтобы точно не сказать это.
– Я надеюсь, что с ним все хорошо. Я понимаю, что у орденцев не может быть хорошо, но Джек говорил, что, если бы надо было, они бы сразу его… – Шерил прикусила губу, также не в силах это сказать. Ее глаза увлажнились, но она шмыгнула носом и тут же расправила плечи. – Мы должны верить в лучшее! Он же нам так говорил в Теневале, чтобы мы не отчаивались.