Читать книгу «Красавчик. Часть 3» онлайн.

— Разбирайтесь сами. С Вадимом. Я пообещал, что принесу — я принёс.

Шагнул к Наде — преградил ей путь к столу. Взял Петрову за плечи. Посмотрел на посыпанное веснушками Надино лицо, улыбнулся. Петрова заглянула мне в глаза, замерла. Мне показалось: она затаила дыхание. Я заметил, как затрепыхалась жилка на Надиной шее.

«…Обязывают всех коммунистов быть активными политическими бойцами партии, непримиримо относиться к буржуазной идеологии и морали, выступать последовательными поборниками нового, передового…» — сообщил нам голос из радиоприёмника.

— Надя, ты замечательная девушка, — сказал я. — Умная, красивая и добрая. Уверен, что всё у тебя будет хорошо. Это без вариантов. Передай от меня привет своему брату, когда он проснётся. Удачи тебе. Не болей и не унывай. Жизнь прекрасна.

Я привлёк Надю к себе. Наклонил голову. Поцеловал Надежду в щёки и в кончик носа.

Взглянул Петровой в глаза и сказал:

— Будь счастлива, Надя.

Подмигнул Надежде, вышел из комнаты и поспешил к выходу.

Услышал за спиной:

— Сергей, а варенье?

В Надином голосе явственно прозвучали нотки растерянности и разочарования.

— Вареньем брата накормишь, когда проснётся, — ответил я.

Оглянулся уже за порогом квартиры, улыбнулся и махнул рукой.

— Передай привет Вадику, — сказал я. — Ты классная девчонка, Надя! Всё у вас будет хорошо.

По пути к метро я задержался около ларька, купил мороженое. Решил, что хоть таким образом отмечу сам с собой свой сегодняшний успех. Остановился под кроной клёна, покусывал лежавший между двумя вафлями пломбир, рассматривал спешивших к спуску в метрополитен всё ещё наряженных в лёгкие короткие платья комсомолок.

Прикинул, сколько времени мне понадобилось, чтобы освоить «лечение». С удивлением обнаружил, что пробыл в тысяча девятьсот семидесятом году меньше трёх месяцев. Сегодня двадцать седьмое сентября, а на станцию «Пороги» я приехал вместе с Сергеем Петровичем Порошиным в ночь с тринадцатого на четырнадцатое июля.

До десятого октября (дня, когда в прошлый раз умер Юрий Григорьевич Новых, мой прадед) оставалось ещё почти две недели. Буквально вчера мне казалось, что времени у меня — впритык. Сейчас же я подумал о том, что выполню свой уговор с прадедом «с запасом по времени». Я сунул в рот остатки мороженого, вытер пальцы о кленовый лист.

Огляделся по сторонам. Взглянул на фасады зданий, на всё ещё покрытые зелёной листвой деревья, на шагавших по тротуарам людей. Напомнил себе о том, что уже скоро я уеду из Москвы и из СССР. «Три дня осталось до лета, — вспомнил я Алёнины слова (из фильма „Три дня до лета“). — Мы его так долго ждём. Жаль, что оно промчится быстро».

Около прадедовского подъезда я увидел машину Сан Саныча: чуть запылившийся тёмно-зелёный «Москвич-408». В подъезде почувствовал едва уловимый запах одеколона (таким обычно пользовался Александров-старший), его не скрыл даже свежий запах табачного дыма. Аромат женских духов я почувствовал, когда вошёл в квартиру (знакомый мне аромат). Уловил я и запашок лекарств. Увидел на полу в прихожей две пары женской обуви. Услышал звучавшие в гостиной тихие голоса: мужской и женский. Я щёлкнул дверным замком — голоса стихли. Из спальни Юрия Григорьевича вышла Варвара Юрьевна.

Она взглянула мне в лицо и спросила:

— Сергей, это правда? У тебя получилось? Папа так сказал.

Бабушка Варя замерла в шаге от меня, посмотрела мне в глаза. У бабушки за спиной я заметил выглянувших из гостиной Сан Саныча и… Лебедеву. Сан Саныч выглядел непривычно серьёзным. Алёна нервно теребила пальцем пуговицу на платье.

Я кивнул.

— Всё нормально. Я только что проверил. «Кровавый мальчик» не случился.

Сменил уличную обувь на домашнюю.

Варвара Юрьевна всплеснула руками.

— Слава богу, — тихо сказала она.

Бабушка Варя погладила меня по плечу.

Я увидел в её глазах влажный блеск.

— Папе стало плохо, — сообщила Варвара Юрьевна. — Сделала ему укол. В больницу поехать он отказался. Ждал, когда ты вернёшься. Сказал, что ты… всё сделаешь. Уже сегодня. Серёжа, ты ведь сделаешь?