Вон как заговорил. Уже и за родного не считает. Хотя, чему удивляться, особенно после покушения. Мужчина выжидательно уставился на меня, по видимому найдя предложенный вариант более подходящим.
— В Российскую Империю денусь, папенька, — я специально выделил последнее слово, на что патриарх поморщился.
— А гарантией будет, то, что Джозеф Ротшильд погибнет в страшной автокатастрофе не справившись с управлением. Юноша тайком взял мотоцикл, пренебрёг средствами защиты и влетел на полном ходу в экспресс. Шумиха будет не слишком большой, но достаточно убедительной, чем если бы мальчик просто пропал.
Снова пара недоумённых взглядов. Маменька, молчавшая всё это время, посмотрела на меня будто бы впервые видит, а папенька даже с толикой уважения.
— Хорошо. Добраться до Франции я тебе помогу, но дальше ты сам. И не вздумай появляться в Англии. — Ричард устало сел в кресло, не глядя нашарил в стоявшем рядом шкафу бутыль и стакан.
Взгляд, который он на нас бросил после, говорил сам за себя, поэтому мы с маменькой поспешили покинуть кабинет.
— Джози, скажи что это неправда? Скажи что у тебя Кодекс Света. — Голос Маргарет дрогнул.
Она выжидательно посмотрела на меня, но предательская слезинка в уголке глаза выдавала её с головой.
— Увы, это так. — Я покачал головой и обнял разрыдавшуюся мать.
— Но… Как же так… — Сквозь всхлипы пыталась говорить она, — Что же теперь будет?
— Я уеду. Или умру.
— Сын, — Маргарет неожиданно отстранилась с совершенно сухими глазами, — обещай мне, что выживешь. Обещай мне.
— Обещаю, маменька. Я обязательно выживу.
Грустная усмешка на моих устах плавно перетекла в оскал.
— Ты настоящий Ротшильд. Что бы Ричард ни говорил.
В голосе матушки прозвучала неподдельная гордость, а я поспешил отвернуться, чтобы спрятать ухмылку. Эх, знала бы ты кто я на самом деле.
***
— Мессир, всё готово.
Верховный вампир, а по совместительству, мой главный помощник, услужливо склонился в поклоне, на что я досадливо вздохнул. За все долгие годы службы, мне так и не удалось убрать из него это раболепие.
Хорошо хоть перестал повелителем называть. Лет через двадцать.
— Хорошо, Клык. Когда я уйду, ты останешься за старшего.
— Но, как же так? Я же…
— Я, так, решил, — твёрдо, с расстановкой, прервал его причитания.
— К тому-же я прекрасно знаю, что ты этого хочешь. Осталось немного, я уже чувствую что Она рядом.
Я был стар. Очень стар. Маги вообще живут по долгу, а некроманты ещё больше. Мы всегда чувствуем когда Она подходит ближе. Но никогда не уходит далеко.
Может быть именно поэтому у моих коллег премерзкий характер, а некоторые и вовсе сходят с ума? Ведь жить и ощущать, что в любой момент можешь умереть, очень сильно давит на мозги. Мне доводилось видеть солдат, проведших много времени на передовой. Эффект примерно тот же.
Отчего-то именно мной, Она почти не интересовалась. Так, мазнёт взглядом и снова наблюдает за другими. Может это потому, что я более человечно отношусь к своим подопечным? К тем, кто это понимает, разумеется. Простому умертвию пофигу как к нему относится поднявший его некромант.
А вот вампиры, например, совсем другое дело. Впрочем, в бездну вопросы, пора!
С трудом поднявшись из кресла, не помогал даже зачарованный экзоскелет — по сути обычная скелетная химера повторявшая мои движения. Кряхтя и охая я доковылял до заклинательного зала. Просторная комната была сплошь расчерчена магическими фигурами, загадочно светящимися в полумраке от наполнявшей их силы. В центре зала была вычерчена особо сложная, но незаконченная фигура. Как раз чтобы мне пройти в центр, заодно завершив рисунок. Шаркая ногами, и поминутно поминая всех светлых богов от простреливающей поясницу боли, я добрался до своего места. Короткий пасс рукой активировал простенького некро голема способного лишь на несколько движений рукой. несколько секунд, и рисунок практически готов, осталось нанести всего пару штрихов возле меня.
Выдав особо заковыристую фразу о соитии Светлоликого с некромантикорой, причём с пассивной позицией первого, наклонился и завершил последнюю руну. Едва мел оторвался от пола, как все линии засветились зловещим, зелёным огнём. Дверь заклинательного зала содрогнулась от сокрушительного удара.