— Вы лишили нас ужина! — закричал из толпы обвинительный голосок.
— И пирожных! — поддержал его ещё один такой же. Озлобленный и голодный.
Я заставила метлу подняться повыше, подсветила свою персону кроваво — красным огнём, чтобы все присутствующие отлично меня видели и немного ужасались.
— Мои дорогие девочки, — обратилась я к ведьмочкам — революционеркам. — Когда академию закроют, я пойду работать в министерство и буду получать прекрасную зарплату, ещё и тиранить моего «любимого» замминистра. А вот вы! — Сделала неприлично — долгую паузу, предоставляя возможность девицам сильнее испугаться, лишь затем продолжила: — А вот вы, мои хорошие, пойдёте чистить картошку, стирать местным кумушкам бельё, растить их детишек, и проживёте скучную жизнь лишённых дара. Впрочем, по этой же причине ваша жизнь будет короткой и грустной. Без перспектив.
— Ой, — донеслось из толпы.
— Я не собираюсь нянчить вас или делать за вас вашу работу. Хотите диплом — худейте, тренируйтесь, учитесь. Я здесь для того, чтобы помочь. Не хотите — забирайте документы; не стоит тратить моё драгоценное время, я лучше уделю его настроенным на победу девочкам. Есть здесь такие или мне не стоит разбирать чемоданы?
Последнюю фразу проговорила неожиданно устало. Голос сел — то ли от нервов, то ли от недосыпа, уж не знаю. Но на ведьмочек именно это сработало подобно удару хлыста.
Они выпрямились, закивали, задакали, а затем и вовсе пообещали держать себя в руках. А я, признаться, была в таком жутком стрессе, что едва не расплакалась от облегчения, когда хоть что — то в этом демоническом Форнате пошло на лад.
— Раз уж не спите, идите делайте зарядку, а затем приступайте к уборке территории. Вместо физкультуры, — крикнула в спины девочкам. Те неожиданно быстро и ловко улепётывали восвояси. Надеюсь, всё же заниматься и худеть, а не к спрятанным под подушками шоколадкам.
— Мужика тебе надо, Лейла, — со вздохом заметил Родди. — Ещё несколько дней таких нервов и ты с горя соблазнишь Мариуса Риха.
— А он красавчик? — спросила совершенно без инициативы, лишь бы разговор поддержать.
— Моральный урод в полном расцвете сил и способностей. Учитывая красоту твоего педагогического состава, внешне он явно неплох, но ведь гад.
— Тоже верно, — вздохнула я и направила метлу на верхний этаж — к кабинету, бормоча под нос: — Гидеон… засранец. И здесь подкозлил.
— Да, далековато к нему бегать, — согласился нагло подслушивающий фамильяр.
— Я не об этом! — возмутилась не на шутку, отправляя метлу отдыхать и проходя в кабинет, куда тут же засеменил и Родди, мелко перебирая ножками. И как только успел так быстро подняться?
— И всё — таки мы оба прекрасно знаем, почему ты сегодня вся такая красивая. Халатик ты, между прочим, впервые надела. Думала, он придёт выяснять отношения, — продолжал гнуть свою линию фамильяр. — А ведь я говорил тебе, Лейла!
— Заткнись! — беззлобно попросила я, усаживаясь за стол.
— Ты должна завести себе нормального мужчину и прекратить возбуждаться только на этого замминистра. Посмотри, какую он тебе свинью подложил! Да что там! В каждый угол города — по свинье! — негодовал Родерик. — Не вздумай его соблазнять, если увидишь! Терпи!
Подняла суровый взгляд на бесстыже пробравшегося в мои мысли фамильяра.
— Я. Не собираюсь. Никого. Соблазнять. Мне некогда! — рявкнула так, что окна в кабинете беспомощно распахнулись, впустив утреннюю прохладу с едва уловимыми нотами морской соли.
— Ну, ладно, ладно. Я просто подстраховался, — пошёл на попятный шкафчик. — Тревожит меня, что после всего случившегося между вами по — прежнему искры летают. Одни твои новые книги чего стоят. Это в каком же он был состоянии, что ты смогла вынести у него полстеллажа? Вы ведь оба помешаны на книгах и цените их куда больше, чем людей. Он за один корешок удавится.
— Родди, — прошипела я змеёй.
— Что Родди? Что Родди, Лейла? — Шкаф затопал ногами недовольно и грозно. — Я тебя предупреждаю, моя дорогая: не связывайся с ним. Боги с этой академией. Проваливай задание и поехали куда — нибудь в милый и приятный городишко, где нет никаких академий, и у него не будет повода туда типа случайно приехать. Будешь варить зелья, продавать, нам на всё хватит: и на платья, и на туфельки новые…
— Родди!
— Я волнуюсь!
— Ты хочешь, чтобы я сдалась! — рявкнула зло. — Но будет так, как решила я, сэр Родерик Кенсингтон Третий! И вы мне поможете! Не отвертитесь!
— Да куда я денусь, — буркнул шкаф, пятясь из кабинета. — Пойду проконтролирую девочек.
— Будь любезен!
Фамильяр давно ушёл, а я всё смотрела невидящим взглядом боги знают, куда. Шкаф был прав, гад проницательный. Гидеон, змей красноречивый, красивый, да обольстительный, зацепил меня не на шутку, неспроста ведь я его когда — то выбрала. Столько лет не виделись и вроде ничего, как — то жила, а тут одна встреча, притом не самая приятная, и мне вновь снятся сны, в которых он…
Если бы ведьмы умели краснеть, залилась бы румянцем. Однако у меня не было на воспоминания ни времени, ни сил, я и так зря здесь расселась, дела не ждут.