— Можно с тобой поговорить? — спрашивает она. — Наедине?
Ее взгляд перемещается на Ниссиена, стоящего за моей спиной. Кандра, в отличие от остальных, не съеживается под его пристальным взглядом.
Ниссиен крепче обнимает меня за талию, и его пальцы впиваются в мою кожу.
Я поднимаю на него глаза.
— Я ненадолго.
Кандра тащит меня к самому краю леса.
— Наоми, я волнуюсь за тебя, — шепчет она.
Меня охватывает чувство вины. Она рискует собой, оставаясь здесь ради меня.
— У меня есть все, что нужно, чтобы вернуться домой, — я слишком напугана, чтобы произнести эти слова.
Кандра выглядит так, будто собирается обрушить на меня потоки гневных слов, но останавливается.
— Ты имеешь в виду... ты...
Я прижимаю ладонь к ее рту.
— Не говори. На случай, если он услышит.
— Хорошо. Хорошо, — Она подпрыгивает на носках. — Нам нужно разработать план для... — ее глаза расширяются, и она внезапно замолкает. Я поворачиваюсь к тому месту, куда она смотрит через мое плечо, там Ниссиен, он идет к нам, неся два бокала с вином. — Боги, он не дает нам возможности поговорить, — бормочет она. — Он хочет манипулировать тобой.
— Я подумал, что вам, дамы, может понадобиться что-нибудь выпить, — Ниссиен протягивает Кандре бокал, даже не удосужившись на нее посмотреть, а затем обнимает меня за плечо и ведет обратно к толпе. Вид пузырящегося вина фейри вызывает у меня тошноту.
— Уверяю тебя, мы не дамы, — я улыбаюсь ему. — Скорее наоборот.
— Посмотри вокруг, Наоми, здесь никто не заботится о формальностях, — он взмахивает рукой, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Мы все просто одна и та же порода беззаботных существ, ищущих развлечений.
Я поднимаю бровь.
— Поэтому ты построил мне дом? Потому что хочешь просто хорошо провести со мной время? — дразню я, но мои слова вызывают резкую перемену в Ниссиене.
Он двигается с молниеносной скоростью, внезапно оказываясь передо мной и наклоняясь так близко, что наши глаза оказываются на одном уровне.
Он берет меня за подбородок и заставляет смотреть на него.
— Ты знаешь, что сводишь меня с ума, Наоми. Я убил бы человека, чтобы тебе не приходилось терпеть неудобства, связанные с его существованием. Я хочу иметь тебя всю, жить с тобой. Заставлять твое тело трепетать каждый день. Быть рядом с тобой всегда. Ты нужна мне, мое сердце нуждается в тебе. Разве я не дал этого понять?
Я сглатываю, горло внезапно пересохло. Он пробуждает во мне такую тоску. Хочу удержать этого мужчину, который сжег бы ради меня мир, который никогда не устанет от моего общества. Мое сердце взлетает и разрывается, от силы эмоций у меня перехватывает дыхание.
У меня нет времени ответить. Ниссиен замирает, затем хватает за плечи, притягивает к себе и глубоко вдыхает запах моей шеи. Все мое тело замирает, а кровь превращается в лед.
Ниссиен отстраняется и смотрит мне в глаза, в которых танцуют пламя.
— Ты беременна, — шепчет он, прижимаясь лбом к моему и надолго закрывает глаза. — Ты беременна, — повторяет он, как будто пытаясь убедить самого себя.
Его глаза открываются, и в них нет ничего, кроме дикости. Белки глаз полностью охвачены пламенем, а вокруг его волос танцуют угли.
— Ты беременна, и ребенок мой.
Меня пронзает страх, и мое тело начинает дрожать. Он сжимает мои руки так сильно, что остаются синяки.
— Ты делаешь мне больно, Ниссиен.