Читать книгу «Король боли» онлайн.

Я пригляделся к одежде ветеринара. Серые брюки, рубашка в клетку, куртка – все сходилось, я не сумел бы обнаружить ни малейшего анахронизма. И все же… Слишком все чистое. Слишком хорошо на нем сидит. Он сам слишком спокоен, слишком свободен. И слишком молод, слишком молодо выглядит. Лицо гладкое, будто свежевыбритое. Зубы белоснежные, будто в американском фильме. Вертит сигарету в руке с детским любопытством, будто впервые в жизни видит. Музейный экземпляр.

– Во всяком случае, не из-за никотина…

– Если спросить их, кто-нибудь вообще вспомнил бы вас в том поезде?

– Я особо в глаза не бросаюсь.

– Ага. Мне следовало раньше догадаться, – я посмотрел на крестьян. – Ведь они же все не умерли, верно? То есть не пали замертво в полях во время жатвы? Тогда как? Тогда из какой земли… А они точно также смотрят на меня, смотрят на нас и ломают голову. И ничего не знают о Чернобыле.

– О каком Чернобыле?

– Только не притворяйтесь, будто… Хотя в вашем времени это наверняка произошло как-то иначе…

Из леса, громко рыдая, выскочил бородатый крестьянин. Метнувшись к Якубу, он начал кричать ему прямо в лицо, воздевая к небу кулаки. Тут же сбежались люди. Понять что-либо в растущей суматохе было невозможно, но те, у кого были тут дети, сразу же начали звать их к себе и оттаскивать как можно дальше от деревьев. Рвавший волосы на голове мужик показывал вглубь леса, махал руками, рисуя в воздухе высокие фигуры. Паника росла как воздушный шар, готовый в любую секунду лопнуть.

Мы с ветеринаром переглянулись. Он заговорщически улыбался, на моем лице наверняка отражалась растерянность. Ветеринар вытянул перед собой руку с сигаретой, будто пропуская меня перед собой в дверях, и, иронически кивнув, вопросительно поднял брови.

– Пан Жевецкий?

Я застегнул пиджак, поправил галстук, пригладил волосы и шагнул в толпу.

– Разойтись! Не устраивать тут сборище! Быстро!

Пассажиры тут же послушались, зато крестьяне начали цепляться за мои рукава и штанины, какая-то баба схватила меня за манжету и присосалась губами к руке. Я с отвращением вырвался.

– Что тут за истерика? Эй вы! – Я показал на Якуба. – Говорите!

– Сынка единственного у Мацея в бор зло забрало, вельможный пан.

– Какое еще зло?

– Сам черт, не иначе, с рогами как у оленя, на кобыле черной как пекло, света боялся, в темноте мальца звал, но тот молодой да глупый, ну и полез прямо к черту в лапы, только их Мацей и видел, увез дьявол его сына единственного, ой, не к добру это…

– Тихо! Где это случилось?

Мацей дернул себя за бороду, аж слезы на глазах выступили.

– А вон, недалече, возле ручейка, вельможный пан, как шли мы вдоль ручья, шагов триста будет, вон там. Во имя Отца и Сына, глаза бы мои не видели.

Больше никто ничего не говорил – впрочем, разве могли они что-то требовать, напоминать об обязанностях? Просто молча стоят и угрюмо смотрят исподлобья.

Немая сцена затягивается – чем дальше, тем труднее мне представить, что я могу просто повернуться к ним спиной. Нет сил даже пожать плечами и иронически усмехнуться. Нет милиционеров в форме, нет товарищей из Комитета, нет полковника Ковальского и коллег из управления. Остались только люди в беде и пан Жевецкий.

– Ребенок пропал! – крикнул я в сторону будки. – Кто пойдет?

Никто из крестьян даже не подумал вызваться; отчаявшийся отец потер глаза кулаком, высморкался на землю и переступил с ноги на ногу, но не двинулся с места. Пассажиры тоже отступили в тень, подальше от света, лившегося в открытую дверь и окно домика, и молча отвели взгляд.

Ветеринар скрестил руки на груди и кивнул.

Я пошел в лес.

Сломав тяжелую ветку, махнул ею раз-другой – кривая дубинка, убогая замена пистолету, но, видать, такие времена. Ручей тек параллельно шоссе, и я сразу же оказался на его берегу. Среди окатышей блестела бутылка из-под кефира, отражали свет звезд консервные банки. По течению, то есть направо, на юг. Ручей быстро свернул на юго-запад, углубляясь в лес. Я оглянулся, но дорога в просветах между деревьями уже исчезла, и никакой свет не мог между ними пробиться. Видимость шагов на пятнадцать, не больше, приходится полагаться на слух.

Всадник с головой оленя – у него что, были на башке оленьи рога? Проблема в том, что тут постоянно что-то движется в лесной подстилке, шелестят листья, трещат ветви, ухает сова… Обманчивые тени, темные силуэты, иллюзии неких фигур… Может, этот Мацей не видел никакого Оленьего бога, может, парнишка просто заблудился в ночном лесу, а мужик, напуганный дневными событиями, вообразил себе бог знает что…

Я вышел на поляну, и по другую ее сторону был он – черная фигура на черном коне, а когда он пошевелился, пошевелились и тени над его головой, и я увидел козьи спирали кривых рогов.

Мы стояли, не шевелясь, глядя друг на друга. Что делать? Крикнуть? Мальчика с ним не было.