Июль-декабрь 2003 г.
Полынник
28 апреля 1986 г., полдень
Девочки в белых платьицах, держась за руки, идут парами по другой стороне улицы. Уже настало время первого причастия? Перед этим в костелах устраивают репетиции. Юбочки вздымаются и мнутся, когда дети перепрыгивают через лужи. Глядя с высоты второго этажа сквозь двойные стекла, грязные и кривые, я вижу лишь размытые силуэты, очертания серых призраков, будто на фото цвета сепии – ненастоящих, принадлежащих прошлому и потому чересчур прекрасных. А может, мне просто пора сходить к окулисту? Закрываю глаза, но головная боль не проходит. В висках и над пазухами – бум, бум, бум, в ритме крови.
Зазвонил телефон. Я вернулся за стол.
– Жевецкий слушает.
– Молот вызывает, – сказал Метек. В трубке щелкнуло и раздался гудок.
Я нажал на рычаг. Телефон зазвонил снова.
– Молот вызывает. В два у него.
– Что там опять? Я же был на летучке, понедельник только что начался.
– А я почем знаю? На втором этаже в восточном крыле прорвало канализацию.
– Третий раз? Или четвертый?
– Говном несет аж в кабинетах.
– Я бы скорее поставил на тех с Лимонной – типография, два «жука» макулатуры, сыночек товарища из воеводского комитета. Наверняка уже звонили из Варшавы.
– Ты был у пани Ядзи?
– Пани Ядзя… – Раздался стук в дверь. – Увидимся у Молота, – буркнул я и повесил трубку.
Приоткрыв дверь, в комнату заглянул Мицинский из административного.
– Товарищ капитан? Можно?
Я смахнул бумаги со стола, закрыл скоросшиватели.
– Ну, чего вам?
– Я по поводу того скандала от двадцать третьего числа…
На прошлой неделе трое парней из ЗОМО[66] надрали задницы пьяным рабочим возле завода имени Новотко, которые начали малевать красной краской на заводской стене. Кто-то, однако, успел это сфотографировать, и затрезвонили телефоны; якобы об этой истории упоминала даже «Свободная Европа». Зомовцев мы отправили в деревню, рабочих посадили под замок.
– Что там?
– Управление прислало нам бумаги. Подшить к делу? Пойдет в архив.
– Новотко ведь в воеводском списке? Ну так перешлите в Третий отдел.
Мицинский поморщился, блеснув стальными коронками.
– Капитан Буля из экономического посылал вам данные на того валютчика. Я не…
– Черт побери, ладно, сам разберусь.
Мицинский вышел, оставив дверь приоткрытой. Сквозь нее доносился стук пишущих машинок, где-то завывало плохо настроенное радио. То и дело звонят телефоны, хлопают двери, кто-то орет в глубине коридора, диктуя по межгороду длинное письмо. Голова пухнет.
Я проверил в столе и в шкафу. Папки с делом Филютека нигде не было.
[66] Милицейский спецназ времен ПНР, аналог российского ОМОН.