Читать книгу «Король боли» онлайн.
Под ажурным воздушным шаром Освобожденных мануфактур проплывают накрывающие друг друга волны зелени и более хищных красок: пурпура, ядовитой желти, глубокой синевы. Джункли поглотили анарклэнды, достигнув Атлантики. Если бы шар опустился ниже десяти метров, смрад этой органической помойки стал бы для Короля Боли невыносимым. Проксик мог привыкнуть, Король Боли не привыкнет никогда. Junklee, лишай AG на лице континента, простирается от Тихого океана до Атлантики, от Огненной Земли до Панамского фронта. Джункли поглотили и переварили свыше двухсот миллионов человек, превзойдя своим аппетитом несколько мировых войн вместе взятых.
Воздушный шар сворачивает в тень небоскреба, и в перспективе Рио-Бранко появляется стометровое Древо Познания Добра и Зла. Второе такое дерево растет на берегу Родриго-де-Фрейтас, отсюда его не видно.
Аким материт Древо по-португальски.
– Вы никогда меня не убедите! Это шавлисты! Они их специально сажают!
Деревья – это генетические компьютеры, мегадионизиды. Они программируют опухоли и ретровирусы, нацеленные на Homo sapiens.
Шавлисты, католические террористы св. Павла, считают биотеррор неизбежным «грехом, очищающим от греха», – этапом, который цивилизация должна пройти, чтобы вернуться к идеалу общества, состоящего из небольших христианских общин и лишенного высших структур власти, несущих зло и неизбежно его порождающих самой своей сущностью. Потому шавлисты по принципиальным соображениям атакуют любые крупные населенные пункты, в первую очередь города. А собрания, подобные тому, на которое направляется Король Боли, действуют на них, как красная тряпка на быка.
В каждом городе Южной Америки растет по крайней мере одно Древо. Их выжигали до корней различными способами; они всегда вырастают заново. В их авторстве признается половина анаркий джунклей. Король Боли не верит заявлениям ни одной из них – и уж менее всего хвастовству шавлистов: если бы в рядах этих анаркий были такие мастера AG, они бы не ограничились отравлением бывших метрополий.
В кроне Древа над Рио-Бранко кружат черными спиралями стаи гарпий и прочего крылатого отродья мегадионизида, их тени скользят по испещренным дырами стенам небоскребов.
Король Боли просматривает отчеты по орбитальному сканированию.
– Здесь, здесь и здесь. Смотрите. Изменения пропорций атмосферных газов – но это всё нечетко. Здесь. Ну! Инфракрасные узоры, повторяющиеся аномалии, каждую ночь. Я даже успел получить официальные экспертизы из нескольких университетов, они впечатляют. Если считать по количеству очагов – то несколько десятков семей, не более. В горах Амазонки уже не так густо.
– Вы уверены?
Король Боли хмыкает.
– Конечно нет! Я вообще в это не верю! Пусть Вия объяснит!
– Может, это все-таки какая-нибудь примитивная анаркия, о которой никто не слышал…
– Это ничего не меняет. – Король Боли пожимает плечами. – Сколько у тебя было хромосом, когда ты в последний раз проверял?
– Хы, хы, хромосомы, говоришь? А что это такое? Хы, хы.
Внезапный шум над головой – попугай вертится и машет крыльями.
– Опять он, чертова бомба! – хрипит он по-польски. – Нет, нет, нет! За-пре-ща-ю!
Аким чешет подбородок.
– В чем дело?
– Кто это? – спрашивает его Король Боли.
– А я знаю, кто в него засел. Иван и компания. Птичка – проксик марксистов-креационистов.
– Конечно, они подключились к нам при первом упоминании, – продолжает Аким. – Дали своих заложников, лишь бы ускорить. Это же их евангелие. Гильо скрепил кровью. Они платят за тебя пополам.
– Они не знали, что за меня.
– Так ты только что проболтался, – ухмыляется старик. – Рано или поздно они узнали бы, у них есть ключи для верификации трансмиссии.
А попугай продолжает отжигать.
– Все это надувательство! От ваших советов нет никогда никакой пользы! Деньги на ветер! Тысяча чертей!
Какой-то потомок гомбровичевской[4] эмиграции, думает Король Боли.
– Ты же знаешь, пластусов нанимают все, – говорит он спокойно.
– Все! И что с того?
[4] Витольд Гомбрович (1904–1969) – польский писатель. Перед началом войны уехал в Аргентину, а с 1964 года жил в Париже.