Читать книгу «Король боли» онлайн.

– Что это? – прошипел он. – Говори, потому что, клянусь, я отдам тебя этому Интерполу. Что это?

– Отпусти!

– Что это?

– Ты мне не —

– Я сейчас выкуколюсь и позвоню им. Говоришь сейчас, скажешь потом. Мне, им.

С ее верхней губы текла кровь; она рефлекторно слизала ее. Из-под руки проксика Короля видела этих двух мужчин в костюмах, которые со слабым интересом наблюдали сцену, потягивая напитки из кружек. Темнело, Янка не могла даже сказать, улыбаются они или нет.

– Я скажу, отпусти.

Он отпустил. Покопавшись в карманах, протянул ей носовой платок. Она прижала его к носу.

Король взял книгу и снова сел на скамейку.

Янка подтянула кроноплед к груди. Ветер сорвал с него один листик, и тот закружился над ее головой, скрутившись в тонкий стебелек, зеленый восклицательный знак, зависший над тишиной.

– Дело в том, что ты не позволяешь себя трогать.

– Что?..

– Ты никому не позволяешь себя трогать.

Янка запрокинула голову, глотая слюну. Она по-прежнему прижимала рукой платок к ноздрям и косилась на Короля левым глазом.

– Сначала я подумала, что ты согласишься. Если мы поговорим начистоту… Я тебя уговорю, ты поймешь, ты поможешь нам по собственной воле.

– Рио.

– Да.

– Ты ждала меня.

– У скольких Муравьев в семье есть пластусы? Мы сразу решили, что я должна попытаться тебя завербовать. Ивановцы сообщили нам, где ты должен появиться, и дали аккредитацию.

– Ах, значит, вы снюхались с марксистами-креационистами, ну да.

Король Боли добавил в калейдоскоп очередной камешек. Марксисты-креационисты утверждают, что экономическое разделение общества и все политические и культурные зависимости, составляющие следствие этого разделения, являются для Homo sapiens неизбежными. Homo sapiens, будучи Homo sapiens, обречен на них. Без искусственных ограничений, тоталитарного принуждения, предоставленный сам себе, в «естественном состоянии», человек рано или поздно всегда приходит к той же ситуации неравенства, угнетения, эксплуатации и несправедливости. Это предопределено его природой, точно так же, как природой пчел предопределена структура улья, – хотя, конечно, в случае Homo sapiens зависимости более сложны и не проявляются в течение жизни поколения. Таким образом, единственный способ вырваться из спирали социального зла – это изменить саму природу человека, его глубочайшие обусловленности, начиная с генетических программ и нейронной сети мозга. Homo sapiens должен быть заново создан. Однако здесь теоретики марксизма-креационизма увязают в мутной диалектике. Может ли субъект создать сам себя? Если изменения происходят по воле человека, на его условиях и ради достижения поставленных им целей, то они являются таким же продолжением прежней системы социальной несправедливости, как и все иные человеческие начинания, в них так же отражаются интересы правящего слоя. Когда за деньги можно купить себе новое тело, новый мозг, новый разум, переписать себя на лучшую генетику, на мудрость, счастье, красоту и бессмертие – тогда это становится болезненно очевидным для каждого. Бытие определяет бытие. Человек не сотворит человека, отличного от него самого. Творение должно прийти извне. Извне – то есть откуда? Что останется в природе после изъятия человека, способного на акт творения? Король провел в подобных дискуссиях с ивановцами не одну алкогольную ночь.

Носовой платок пропитался красным, Янка надолго задумалась.

– Ивановцы… они предложили нам решения некоторых проблем. Они помогают нам, так как убеждены, что все равно окажутся наверху, а мы будем служить слепым инструментом.

– А вы так же думаете о них. Мне нравятся такие союзы. – Король постучал костяшками пальцев по твердой обложке книги. – Ты не могла дотронуться до меня, но тебе нужна была ДНК пластуса, да?

– Встреча в Рио, по крайней мере, дала мне повод навестить тебя дома. Но ты постоянно следил, даже когда мы сидели за столом вместе. Сначала я думала, что всё устрою за один визит, в конце концов, каждый оставляет после себя в квартире до хрена биологического материала. Но у твоего дома иммунная система, как на лунной базе, я видела, как она за несколько минут разложила бабочку, не говоря уже о каком-нибудь выпавшем волосе или отслоившемся эпидермисе. Я думала, может, в саду… Но сколько можно ждать возможности, мы заранее договорились с людьми о сроках, после седьмого или восьмого визита я сказала себе —

– Сыска.

– Мы купили генвер у инженеров из клиники «Эусебии Бланки». В лесу, на другой стороне автострады, в десятке километров от тебя, я посадила дешифрующие кусты. Я даже не знаю, сработало ли это в итоге, мы отплыли до того, как пришло подтверждение.

– Сработало. Во всяком случае, мотыльки с моим кодом улетели. Черт, я должен был догадаться.

– О чем?

– Фатима рассказывала тебе историю о собаке и ребенке в колыбели, верно? Если бы я отказал тебе…