Читать книгу «Король боли» онлайн.
«Эусебия Бланка» появляется в просвете между облаками едва заметной точкой на линии горизонта. Светлая запятая кильватера указывает курс корабля – юг-юго-запад. Король фокусирует астигматический взгляд на небе над кораблем. Икар уже должен конденсироваться, куколь пока не распознает его, но менеджер уверяет, что задержки нет и контрольное соединение работает. Король придуривается. Облако или не облако? А ведь так и было задумано, чтобы до последнего момента Икара невозможно было отличить от кучевых облаков; цвета крыльев и чешуи на брюхе Короля также были выбраны для маскировки на фоне неба.
4:50. Король спускается под облака. «Эусебия Бланка» растет перед ним с каждой секундой. Он смотрит вниз и видит на гладкой поверхности океана две отброшенные им похожие тени в форме крестов с очень толстыми перекладинами, растянутые вперед на несколько десятков метров. На фоне Солнца Король должен быть невидим; его радиолокационный профиль соответствует профилю пары альбатросов-переростков.
4:51. Он видит на «Эусебии» движущихся людей и свет в окнах надстроек. Это бывший малый грузовой корабль; его реконструкция ограничилась интерьером; внешне он выглядит ничуть не солидней большинства проданных с молотка за гроши судов из ставших бесполезными торговых флотов. Король скачивает на куколь предоставленные ве́нцами чертежи корабля, проверяет, совпадает ли тактическая симуляция с реальным изображением.
Икар открывает полное соединение с куколем.
4:52. Король прижимает крылья к туловищу и пикирует с высоты к кормовой палубе «Эусебии Бланки»; в десяти метрах он резко расправляет их в последний раз, выпрямляет задние лапы и, опершись на хвост, приземляется на корабль. Громко лязгает металл, молоток бьет в колокол; когти Короля царапают палубу, человеческое ухо с трудом переносит этот звук.
Через секунду молот бьет снова: приземляется второй проксик. Управляемый теперь когитовером[32], написанным по шаблону хищных мозгочервей, дракон садится рядом с Королем с истинной рептильей грацией. Король смотрит на него, выгибая длинную шею и балансируя хвостом. Тот отвечает улыбкой с тремя дюжинами кривых клыков. Король щерится в ответ. Хвосты бьют о борт. Зарычать! Король Боли трясет головой.
Он трясет головой, разворачивается на задней лапе и бросается на второго проксика. Двумя щелчками челюсти перекусывает крылья; остатки кожи рвет передними лапами. Дракон поднимается над плечом Короля и сжимает клыки на крыле над правой лопаткой; Король дергается назад, чтобы скорее оторвать крыло. Рвутся связки, хрящи, сухожилия, мышцы – боль стреляет по позвонкам до основания плоского черепа Короля. Король подносит близнецу левое крыло. Ррах!
Из двухэтажной надстройки в средней части судна уже вышло несколько человек, они смотрят на монстров, разрывающих друг друга в струях желтой крови.
Король уверенно встает на задние лапы, выпрямляется, находя новый баланс для изувеченного тела. Хвост поднимается над его головой скорпионьей дугой, параллельно змеиной шее. Один шаг, другой – включаются компенсационные программы, – третий, четвертый – проксик-близнец следует рядом, – пятый, шестой – всё быстрее – Король бежит к надстройке длинными прыжками —
+ – hood off
+ + hood on
– скручиваясь, сворачиваясь, сжимаясь в узел, кулак, обух, гранату, которую ничто уже не остановит от падения, отпущенные водородные пузыри лопаются с треском (которого он не слышит), в серой взвеси облака образуется вихрь, открытая к океану воронка, через нее Король падает, ускоряясь, на стремительно расширяющийся длинный прямоугольник «Эусебии Бланки» – падает, падает, падает – он уже видит два голубых силуэта, вытянутых вдоль его оси, – фасеточные глаза, покрывающие нижнюю броню Короля создают монохромное изображение с крошечными отблесками света – в середине прямоугольника темный квадрат увеличивается, на нем проявляются более мелкие силуэты – люди – квадрат, пересечение диагоналей, – Король выпускает последние водородные пузырьки, корректируя траекторию полета – траекторию падения, – чтобы ударить в самый —
+ – hood off
++ hood on
– центр надстройки, как метеор, Фау-2, кулак Божий; разогнанная масса вонзается в плоскую крышу, исчезая в недрах сооружения; если бы Король этого не ожидал, то вообще не заметил бы Икара. Но последствия удара ощущают все. Из окон, дверей и трещин в стенах вырывается взрывная волна, унося с собой стекло, металл, куски мебели, механизмов и тел. «Эусебия Бланка» дергается, как пришпоренная лошадь, вверх, вниз, вверх; только проксики Короля сохраняют равновесие. Тревога на корабле ревет, звенит, воет, гудит. За бортом поднимаются гигантские фонтаны воды. Палуба резко накреняется. Люди кричат.
Король устремляется в разрушенную надстройку. По темной щели раздавленного коридора ему навстречу идет волна горячего пара – она поглощает его и извергается белым гейзером под небо. Король бежит вглубь корабля, без колебаний пробиваясь сквозь серый туман, его ведет куколевая проекция виртуальной «Эусебии» – до сих пор она соответствует реальной. Сюда, сюда, сюда, здесь свернуть, здесь спрыгнуть на нижнюю палубу, здесь выломать дверь и ворваться в герметичную часть корабля. Сзади он слышит шаги второго проксика. Они бегут в одном темпе. Люди, с которыми они сталкиваются, – один, второй, третий и пара в медицинских халатах – либо вообще не замечают драконов, ослепленные, дезориентированные, прижатые к полу, к стене; либо, заметив, смотрят в ступоре, пока чудовища не исчезают из виду – что занимает секунду, долю секунды.
4:54. Они уже на целевой палубе. «Эусебия» накреняется все больше, Король пробирается в холодной воде. Он отсчитывает залы: вправо, влево, вправо, влево, вправо. По коридору ползет на четвереньках медсестра; драконы перепрыгивают через нее. Медсестра поднимает крик. Король сходу прорывается через шлюз изолятора, врывается внутрь вместе с двумя парами дверей и кучей липкой биоэлектроники. Он стряхивает ее с себя и осматривается внутри каюты. В прозрачном саркофаге, завернутая в несколько саванов и трансфузионные сети, спит молодая женщина. Король Боли наклоняется, чтобы прочесть наклеенный на саркофаг идентификатор, смахнув при этом хвостом настенный шкафчик. Он прищуривается. ID совпадает. Король шипит сквозь клыки. Разбивает саркофаг, достает кокон с женщиной, прижимает ее когтистыми лапами к голубой чешуе груди. Поворачивается – второй проксик уже перед ним, теперь он будет вести. Они вываливаются в коридор. Поднимаясь из воды, медсестра снова падает на четвереньки; она всё кричит и кричит.
Драконы бегут вниз по наклону палубы, туда, откуда внутрь «Эусебии» проникает пенящаяся вода. Если бы на их пути были закрытые переборки, вода сюда не проникла бы – переборок нет, путь свободен. Они останавливаются только перед стеной дыма и огня. Король напрягает зрение, но не может что-либо сквозь нее рассмотреть. Если все шло по плану (а менеджер куколя не сообщал ему о каких-либо проблемах), Икар прошел сквозь конструкцию «Эусебии» не далее пяти метров отсюда, там должна зиять в обшивке корабля дыра – от крыши надстройки, через все ее ярусы, промежуточные палубы, вплоть до трюмов и дна – дыра, через которую врывается Атлантика, а вместе с ней —
+ – hood off
+ + hood on
– блэ-э-э, блэ-э-э, блэ-э-э, какая мерзость, эти резкие привкусы, эти слизкие жижи, эта выжимка кожи; а как опрокидывает Короля глубинная тяга: то на спину, то в стороны, трудно поддерживать равновесие, легко заблудиться в движении теплых масс, которые здесь, на поверхности, на краю света, движутся таким хаотичным образом, все здесь быстрее, тоньше, сквернее, тело Короля Боли снова и снова отклоняется от определенного куколем пути, мышцы туловища, плавники и хвост работают неустанно, вверх, а толкает Короля только сила Архимеда, вверх, к свету, который открывается перед Королем, подобно мутной актинии, морской звезде ослепляющих ультрацветов, глаза рефлекторно покрываются более толстой мембраной, но и этого не достаточно, так как голова Короля пронзает поверхность мира и на все чувства обрушивается тысячекратная мерзость, блэ-э-э —
+ – hood off
+ + hood on
– когда они прыгают сквозь дым и пламя, сначала проксик-близнец Короля, затем сам Король с коконом в лапах; два прыжка, и они стоят по бедра в воде, уровень которой поднимается тем быстрее, чем быстрее наклоняется «Эусебия Бланка», она тонет двумя частями, расколотая пополам, кормовая и носовая часть по отдельности; они погружаются в темный омут, в медленный водоворот бурной воды, прямо перед мордой Короля Боли, который впился хвостом в палубу, уносимую этим водоворотом, зацепился в полуметре перед краем потолка и верхних палуб, откуда непрерывным дождем падают машинные обломки, отчасти горящие, отчасти разваливающиеся в полете. Сигналов тревоги и человеческих криков почти не слышно: треск сминаемой и рвущейся материи корабля настолько громкий, что заглушает остальные звуки: шум воды, гул огня, щелчки электрических разрядов – и даже гулкий рев, с которым из водоворота, в облаке грязной пены и водяного пара появляется китовая голова Левиафана, уже призывно разверзшая шестиметровую кишечнополостную пасть, окаймленную белыми усами и зелеными водорослями. Поднятая Левиафаном волна омывает меня, я поднимаю выше кокон с женщиной. Я продвигаюсь вперед, уклоняясь от второго проксика. Из темного ротового отверстия чудовища морей выскальзывает и разворачивается длинный широкий язык, пористая мышца, истекающая горячими органическими соками, дальше, дальше, еще дальше – я делаю два шага, из-под задних лап ускользает палуба, и только вклинившийся между разорванными плитками хвост удерживает меня в вертикальном положении – смердящий морской гнилью язык тянется ко мне, как щупальце слепого осьминога, – я выпрямляю хвост и толкаю себя в смертельный водоворот, в последний момент перед погружением закинув кокон в центр левиафанового языка, который тут же, словно рассеченный током, обвивается вокруг тела, сворачивается в толстый вал и отступает во тьму уже закрывающейся пасти, а само чудовище отступает под поверхность воды. Одна волна, другая, третья, каждая покрывает его всё выше, четвертой же я уже не вижу, водоворот всосал меня раньше, всосала холодная тьма, и поэтому мы падаем оба, я и я, все трое, я и я и я, в бездну океана, где еще поднимается плотная взвесь останков четвертого моего тела; мы все погружаемся во мрак.
– KING_OF_PAIN
connections aborted
Король Боли и альтеррористы
Хребет медузника слегка покачивался под ногами Короля. По идее, Король не должен был чувствовать качку, но ему достался исключительно чувствительный проксик, а в Северной Атлантике только что поднялся шторм. Дождь еще не начался, но на западной стороне горизонта уже протянулись синеватые кишки грозовых туч, густой фиолет лился из них на небо и море, солнце давно в нем утонуло – хотя до ночи оставалось добрых несколько часов, муэдзин медузника еще не звал на аль-магриб[33].
Король Боли прошелся через рыночную площадь; вслед ему заливались лаем раздувшиеся воздушными шарами пухактусы. Он свернул в тень основания одного из трех маяков медузника и по широким каменным ступеням, окруженным полуживыми статуями кракенов, поднялся на Западную террасу. У балюстрады стояли два проксика в дорогих костюмах, с чашками дымящейся жидкости в руках, и в перерывах тихого разговора плевали за перила в бурлящие под ними в десятке метров волны. На деревянной скамье одинокая девушка читала книгу, закутанная в кроноплед.
Король присел рядом.
[32] Программа для процесса мышления; от cogito (лат. «мыслю») и ware (англ. «изделие»), аналогично software, hardware.
[33] Вечерняя молитва в исламе.