Читать книгу «Король боли» онлайн.

И тогда ты узнаешь.

Что нашел в себе силы, чтобы выпустить в мир НИЧТО.

Ты утратил то, чего никогда не имел, но тебе внезапно так недостает…

Чего?

Там ничего не было.

(Ужас, ужас.)

Путь дракона

Я поправил меч на поясе, ранец за спиной и спустился в долину.

С перевала плыл туман. Ночью я слышал его дыхание, просыпаясь у погасшего костра, когда оттуда, будто из легких кошмарного змея, доносился страшный скрежет и свист – то вихрь свистел над пущей. И на рассвете в долину поплыл сжиженный драконий вздох – облака белого пара, волна за волной. Я убегал от них по осыпям и лугам, пока они не поглотили меня, окутав мясистыми языками туч. Так я спустился к сторожевой башне Сюйер, влажный от его слюны, тяжело дыша, исходя паром от обнаженных плеч в холодном горном воздухе. Черные луны предвещали Отлив и Кровосмешение.

Они выставили стражу. Я снял ранец, отстегнул пояс с ножнами. Медленно вытащил из них Утешителя Мертвых, односторонний клинок тихо вздохнул, обнажаясь перед миром. Они сидели слева и справа от каменного портала, перед которым чернел догоревший костер. Тот, что слева, не успел встать, упав лицом в лужу собственной крови. Тот, что справа, встал, но Утешитель отсек ему руку с топором и лишь затем дотянулся до сердца. Они даже не вскрикнули. Но дверь была закрыта, их все равно бы не услышали.

Очистив меч, я достал из ранца костяные факелы. Сторожевая башня Сюйер стояла тут еще до того, как открыли дорогу вглубь, охраняя перевал; от кирпичного сооружения дочеловеческих времен остался теперь лишь неровный круг стен самого нижнего этажа и подвальное помещение, в котором изредка ночуют путники, застигнутые непогодой Дракона. Второй Тайный союз Анатомов открыл дверь ярдах в сорока к северу от башни, под высокими соснами, в песчанике. Воткнуть факелы в едва прикрытое гравием скальное основание не удалось, и я поставил их, плотно обложив камнями. Тщательно измерил расстояния, фут за футом. Пентаграмма должна была опираться на грань с длиной, пропорциональной длине тени, отбрасываемой призываемыми. Шире всего открываются пути на закате и на рассвете.

Окропив внутренность фигуры кровью из отрубленной конечности стражника (свежая кровь всегда помогает), я поджег кости (этого огня не видно по нашу сторону яви), сел под сосной и стал ждать, машинально складывая из зеленых игл пентаграммки для муравьев, уродливые силуэты зверей и богов. Утешитель Мертвых что-то пьяно бормотал в ножнах.

Из-за седой тучи выглянуло солнце, и на поверхности скалы в пентаграмме появилась объемистая тень. Переместившись вперед и назад, она вытянулась в струнку, в промежутке между двумя шипениями факелов обретя глубину и резкость очертаний. По шляпе и толстой трости я узнал Яго Таракана. Факелы зашипели в третий раз, Яго содрал с себя тень и вышел из пентаграммы. Я встал, мы пожали друг другу руки.

Вторым прибыл Фома Немой, в тени, которая с трудом помещалась в пятиконечнике. За собой он тащил на цепи свои доспехи, которые покачивались над его головой, будто связка воздушных шаров. Большая часть этих доспехов была изготовлена не людьми и не для людей, они раздавили бы его, если бы он не облегчал их заклятиями колибри. Немой бросил якорь у двери; не сказав, естественно, ни слова, сразу принялся подбирать самый подходящий комплект стального одеяния.

Потом на несколько клепсидр небо затянуло тучами. Когда ветер наконец подул сильнее, из пентаграммы быстро выскочила Лилия Непорочная, как обычно почти голая, лишь в жемчужно-серебристой маске, закрывавшей все лицо, с тремя бездымно горящими перьями жар-птицы надо лбом, в волнистых татуировках от груди до ног, в стеклянных перчатках на руках. Вприпрыжку подбежав к нам, она вскочила Фоме на голову, выпятила зад перед Яго, меня мазнула пламенем по лицу. Мы беспомощно переглядывались.

Последним явился Кайтек Боженька, в красном камзоле и фиолетовых шароварах, бренча на балалайке и звеня привязанными к косичкам колокольчиками. Не тратя зря времени, он сыграл нам благословение на счастье, на здоровье, на силу духа и надежность оружия. Лилия, спрыгнув с сосны, потрепала ему прическу, издавая жемчужный звон. Кайтек жил в восьмилетнем теле ее сына; когда-то давно Непорочную соблазнил и опорочил некий бог горячей крови и животворного дыхания.

Фома захлопнул зеркальное забрало, Яго обмакнул конец дубины в кровь трупа, я же тем временем достал из ранца и повесил на пояс три ореховых бомбы; мы были готовы.

Я кивнул Таракану. Он коснулся каменной двери, и та со скрежетом открылась во влажную тьму.

– Вперед.

Первые несколько сотен ярдов мы шли по уходящему вниз туннелю. Здесь ничего не изменилось с тех пор, как Второй Тайный союз Анатомов пробился к зверю. Яго окружил нас облаком теплого света, мы видели нацарапанные и нарисованные на каменных стенах истории былых героев, изображения дружин, которые первыми спускались к Дракону. Где-то на середине туннеля была высечена в камне трагическая судьба Герольда Крови. Может, мы еще его встретим.

Впереди появился свет. Я поднял руку. Погасив перья и татуировки, Лилия побежала на разведку. Мы добрались до Раны, обычно какая-то из гильдий держит там лагерь. Лилия вскоре сообщила о знаменах гематиков. Когда-то я состоял с ними в союзе.

Мы осторожно подошли к ним. Кайтек и Яго двигались позади, скрытые мелодией тени.

Рана открывалась глубокой пещерой в песчанике, потолок которой усеивали похожие на струпья сталактиты длиной в сто ярдов: из нее уже несло отчетливым смрадом крови. На спуске, ниже выхода нашего и трех других туннелей, в палатках и у костров расположились несколько десятков человек. Некоторые отдыхали, некоторые явно готовились к вылазке вглубь. Был даже торговец с повозкой и мулами, который скупал добычу и продавал подозрительные микстуры для чудесного исцеления.

Под знаменами гематиков играли в кости четверо солдат. Когда мы подошли, они потребовали поименного списка, а потом еще по десять золотых с каждого.

– Мы пройдем с миром, – ответил я. – Можем заплатить, но насчет документов врать не станем.

Нахмурив густые, будто тучи, брови, их командир поднялся, смерив меня грозным взглядом с высоты своего роста.

– Как вы тогда вообще вошли сюда через Сюйер?

– Может, помнишь из истории своего братства – мы сражались в одних и тех же кампаниях, – я показал ему знаки различия Банды Троих. – Назови свое имя.

В колеблющемся свете костров и корзин с углями он долго всматривался в знаки, затем перевел взгляд на Фому Немого, который не двигался с места, с каждым мгновением все больше напоминая кусок вулканического шлака, а потом на Лилию. Та ответила ему холодным взглядом маски.

– Немота Властный, – он показал пальцем на Фому. – Лилия Недотрога. А ты – Косарь Рата. Прекрасно. Они ведь еще при старом королевстве бегали? Прекрасно. Но документ мне все равно нужен.