Читать книгу «Король боли» онлайн.

Разве Пекельный не прав? Прав, прав.

Ведь и теплая хижина – подсознательный рефлекс, временная икона уюта. В перегное этот миг оборвался бы кратким впечатлением, размытой аурой, невысказанной метафорой. «Я чувствовал себя, будто…»

А в Государствах Духа нет «будто». Сердце – единственный законодатель.

Павел сам хорошо помнит – хотя бы ощущения подростка, которого вдруг зашвырнули в Жизнь Большого Города. То была страшно-смешная сказка об Избранном, блуждающем по нескончаемым лабиринтам столицы Пустоты, среди Манекенов и Зомби. (Другой мир.)

Он прекрасно понимает, как развернут идею Бартек и его команда; по крайней мере, настолько он Бартека знает.

Вот так встречаешь человека, гейджишься на страстное желание, он гейджится на страстное желание тебя, вы проваливаетесь в приватный пузырь страстей и чувств – и с тех пор для вас существует только эта реальность.

И не в поэтических метафорах, но вполне законно, ощутимо, объективно – в Государстве Духа 02+ по лицензии ФАТАГИ.

С торговой маркой Гаврило, отпечатанной на каждом шорохе эмоций, касании душ.

(Так человек оказывается вспорот настежь – а Костшева придет и поменяет местами сердце с печенью, печень с мозгом, сконструирует Homo Antinolensum.)

К порогу хижины прискакали маленькие пушистые демоны, Павел подкармливает их шариками риса. Они громко чихают, вздымая фонтаны снега.

Наверняка вас ждет успех. (Не смотрит на Пекельного.) Гаврило, однако, стартует на более длинную дистанцию, вы даже не видите его финиша.

Может, тебе не стоило выдавать ему меня, может, тебе стоило продаться королевству Корлеоне через его голову. А так – Гаврило нашел меня в шляе, связал.

Не видишь? Я в квесте.

В ответ у Пекельного вырастают рога, он пышет огнем, отрывает монаху конскую голову, выскакивает в снег и топчет демонов. Ну тогда привет пану Раймунду! Всего наилучшего! На новом пути!

Павел стаскивает с неба лампион Луны и вручает его Пекельному в подарок. Не бойся, я не съем ваш заказ. Меня это не особо (зевает) волнует. Пожалуй, смотаюсь. А привет передам, передам. Завтра.

Шеф под лампионом медленно плывет сквозь фортепианную метель. Эх, Костшева, Костшева, Костшева… Если бы ты только хотел. Если бы только. Если бы.

Что ж. (Павел пожимает горой Фудзи.) Такое когито.

Чат и мат: Патриарх

Роскошь высшего благоденствия: возьми в руку нож, перережь горло поросенку, смотри, как он истекает кровью, дергаясь и хрипя. Вечером вы его съедите.

Раймунд Гаврило пригласил Павла к себе на ужин. Павел взял с собой Крысю. Кровь зарезанного свиненка брызжет вокруг, на руки, одежду, лица. Крыся утирает лоб, на ее волосах остается красная полоса.

Будьте моими гостями. Пани Кристина. Пан Павел. Позвольте. Поставим хлеб, почистим овощи, достанем мед из ульев, зажарим мясо.

Вернутся ВКУСЫ.

(Доктор Беда бы презрительно сплюнул. Ретро на золоченом блюде! Чем театр дороже, тем он театральнее.)

Павел с Крысей обмениваются в привате чувствами, эмотами и ассоциациями.

Нужно было сгейджиться по-олдскульному. Можно потом очиститься забывайкой, раз уж такая травма. А кто тут говорит про травму? И Кристина Туш смеется, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, разрезая подрагивающее мясо в соответствии с указаниями хозяина и его мастера по забою.

Павел выходит покурить. Луга, леса, поля, горы. В духе из-под туч выглядывают огромные лица славянских богов.

Что это за королевство? Та кровь, тот прелый сенсуализм перегноя?

С ними не имеют ничего общего ни ретро доктора Беды, ни консерва Гуцека, ни вера Утралта. Это другой путь к бегству.

Он спускается к ручью. Трава и сорняки растут здесь дикими скоплениями, будто колтуны на скальпе луга. Никто не стрижет, не ухаживает, в этом вся красота.

Хотел помыть руки, но остановился. Рефлексы шляя. Отмыться от крови зверя, очистить меч, Purity 10[138].

[138] Чистота 10 (англ.).