Читать книгу «Король боли» онлайн.

Он поцеловал ее запястье.

– Кем бы я ни стал, я все равно буду —

– Неправда, ты же знаешь, что это неправда.

Король прищурил левый глаз, к уголку правого прижал указательный палец руки с пером. 4e33a отдернула свою руку. Он наблюдал, как блуждает ее взгляд, как она ищет точку, за которую может зацепиться, вдали от Короля – на соседнем столике, на фосфоресцирующем папоротнике, на листьях пальмы, на небе, на океане, на горизонте. Это дрожание губ – прелюдия плача? 4e33a не плачет, не в таких ситуациях; и никогда – публично. Но одного сигнала отчаяния достаточно, чтобы сердце Короля сжалось. Видит ли он сейчас 4e33a – или же видит Афродиту Оликарта, черноглазую гурию, какую-то другую женщину на ее месте?

Улыбка кота без кота – красота женщины без женщины.

Король Боли, по крайней мере, понимает, чего он не понимает. Красота возникает из эстетических канонов смотрящего, а те вытекают из догм культуры, в которой он вырос и живет, а они зависят от экономических отношений, формирующих эту культуру. Если бы мир, в ответ на распространение дешевого биотеррора, не раскололся на закрытые кластеры враждебных генетик, технологии трансмысленной коммуникации не окупились бы. В их развитие вложены такие большие суммы, что сегодня почти у каждого есть куколь. Поскольку красота материи стала заменяемым благом, то возросла в цене и красота формы: слов, поведения, владения своим телом, каким бы прекрасным или отвратительным оно ни было, красота общения с другими людьми, построения эмоциональных отношений с ними. Король Боли почти ничего не знал о 4e33a, но того, что ведал, было достаточно.

Она была женщиной, и даже если нет – такими должны быть женщины.

Король выпил воды.

– Дальше.

4e33a стряхнула пепел с сигареты.

– Всё, что необходимо, чтобы получить выход на нее. Ты пластус? Сам думай.

– Но что значит «всё, что необходимо»?

– Всё.

– Всё?

– Всё.

– Ну-ну, так говорят, но так не думают. А если бы мне нужно было продать тебя Робин Гудам.

– Я тебя знаю, ты бы не продал. Хочешь играть? Играй. В того, кто продал бы. Тогда ты не будешь собой, правда? Доволен?

Он записал.

– Тогда я продам тебя. Окей. Дальше.

– Есть еще «дальше»?

– Всегда есть «дальше».

Она потушила сигарету.

– Чего ты боишься больше всего? Что причиняет тебе самую сильную боль?

– Хмм. Вот наш обед.

Официант расставил блюда. Они ели молча. Король Боли изучал движение ее запястья, когда она разрезала мясо, движение кисти, угол наклона предплечья, одно плечо ниже, другое выше, правая грудь слегка сплющена и прижата к туловищу, мышцы руки напрягаются и расслабляются. Раз она задрожала, когда полусекундный лаг затормозил проксика.

За десертом она попросила бумагу и перо. Мускулы под смуглой кожей напряглись иначе, когда она каллиграфировала. Некоторые действия требуют более глубокой настройки нервных систем, некоторые – вообще невозможны на неуклюжих телах. Каллиграфия очень сложна; столь же трудно достичь оргазма на женских проксиках, поэтому тщательно синхронизированные экземпляры резервируются на годы вперед.

Король Боли забрал перо и вырвал второй листок. Он писал правой рукой (он был правшой, он и проксик). Над хайку не стоит размышлять слишком долго.

вечером чистый дождь

эхо джунглей из ночи глубин

вдох горизонт выдох