Читать книгу «Король боли» онлайн.
Хочет встать.
Хочет.
Не будете ли так любезны, сударь
На рассвете, сером и дождливом, мы выехали в тот день из города Л. в запряженных восемью лошадьми двух колясках, направляясь по указанию лейтенанта Г. к южному перевалу, где должен был нас ожидать посланник его королевского величества с бумагами и охранными грамотами, обещанными еще прошлой зимой. За милю или две до заставы доктора Венцеля скрутили желудочные боли, и столь жестоко, что несчастный коновал превратился в подобие Лаокоона в одном лице, которого то и дело швыряло на выбоинах и ямах внутри полной углов коляски. Седая голова Венцеля под каблуками, каблуки Венцеля под потолком, нога в окно, рука в карман советника Бубера – что тут поделаешь, пришлось остановиться в старой королевской корчме и отдать доктора в могучие руки подручных корчмаря, а те перетащили его, стонущего и бьющегося в судороге, внутрь; хозяин нес над Венцелем зонтик. Кто-то должен был остаться с несчастным костоправом, который мог в любой момент лишиться чувств, так что мы встали вшестером под кривым буком, а майор достал оструганные зубочистки. Тут же возникло у меня мерзкое предчувствие, и я посмотрел в серую мглу, что простиралась за нами и перед нами. Над вспаханными полями летали вороны. Там, на холме, раньше стояла виселица, но ее порубили прошлой зимой на дрова. Майор сломал зубочистку, пастор произнес молитву, мы стали тянуть по очереди, и я вытянул ту сломанную. Закаркал туман на месте казней. Мы пожали друг другу руки. Наши бумаги остались у майора. Добавить больше было нечего. Они уехали еще до того, как я скрылся в корчме.
Доктор синел и краснел, не в силах выдавить ни слова.
– Нужно врача! – крикнул я, схватив хозяина за полу. – Пошлите мальчишку за врачом, ну же!
Хозяин тоже заволновался, особенно после того, как я сунул ему в пятерню два золотых, заодно поблескивая и звеня монетами из глубины кошелька.
– Самого быструю лошадку дам, самую быструю! – поклялся он. Но я все равно пошел проследить. Накричав на невероятно худого подростка, он побежал в конюшню вывести ему лошадь. Тощий мальчишка вскочил на едва оседланную кобылку, повторил тонким голосом короткие указания и поскакал галопом в сторону города. Я смотрел, как он исчезает в серой мгле. За зловещим холмом он разминулся с отрядом из десяти всадников в плащах, с пистолетами и шпагами. Они промчались из дождя в дождь, почти бесшумно. Послышалось карканье ворона.
Я вернулся к доктору. Его перенесли в заднюю комнату, возле кухни и печи, чтобы держать страдальца в тепле и поблизости, а не мучить его тасканием по лестнице. Женщина, которую я сперва принял за жену хозяина, оказалась вдовой и законной владелицей всего заведения. Сия матрона в летах вскипятила доктору Венцелю горячей воды с медом (которую он, однако, не смог глотать), а мне, услышав, что я отправился в сырость и холод, даже не позавтракав, быстро сготовила полдюжины ломтей хлеба с сыром, ветчиной и каким-то воистину восхитительным грибным паштетом из их погреба. Но все это вставало мне поперек горла, будто кусок глины. Доктор стонал, метался и бился в судорогах, каркали вороны, в кармане колола роковая зубочистка, стучал по черепице дождь. Я выщипывал из хлеба мякиш и лепил из него кривые фигурки.
Закурив трубку, мысленно прикинул, что у меня есть при себе и что компрометирующего может быть у доктора. Сделав вид, будто осматриваю его и пытаюсь ободрить, я хорошенько его ощупал, просмотрел карманы сюртука, жилета и брюк, удалось даже незаметно от хозяйки заглянуть в его сумку. У доктора нашелся двуствольный пистолетик и упаковка патронов к нему. Я забрал их и спрятал у себя в плаще.
– У нас тут как-то епископ гостил, – заметил хозяин, продолжая созерцать страдания доктора, – который так сливами обожрался, но днем раньше, не у нас, так обожрался, что желудок по кускам из себя выблевал, да-да, вместе со сливами потроха собственные, вон, в тот таз, да упокоит Господь его душу.
– Позвольте-ка.
Я отвел его в сторонку. Глаза его алчно вспыхнули. Я позвенел золотом, но он даже не моргнул.
– Если кто будет спрашивать – мы одни сюда приехали.
– Одни, – он даже не моргнул. – Но где лошади ваши, ваш экипаж?
– И правда, где? Ну, видать, кто-то их забрал. Кто?
– Вы сперва послали за помощью вашего возницу, но он пропал без вести.
– Вот ведь чертов пьяница!
Что оказалось воистину пророческой выдумкой, ибо прошел час и еще полчаса, но тощий паренек так и не вернулся. Начали беспокоиться и хозяин с хозяйкой. Мы выходили из корчмы под широкий навес и вглядывались в силуэты на границе земли и неба. Прежде серая и размытая из-за тумана и дождя, граница эта постепенно исчезла окончательно в грозовом мраке, который надвигался на равнину лавиной туч, набрякших водой и молниями, будто кишка кровяной колбасой. Рядом с нами стоял на пороге другой собиравшийся в дорогу гость, некий Уделко, и ругался на чем свет стоит; у него были назначены дела в городе, а тут уже почти валил град. Прозвонило восемь утра, в корчме зажгли керосиновые лампы.
Мы спрятались внутри. Сверху спустилась еще одна семья путников: старик, женщина и три мелюзги. Дети играли с кошками. Старик заглянул к воющему доктору и, вернувшись, мрачно покачал головой. Хозяйка напомнила о завтраке. Громыхнуло, столь близко, что наверху что-то упало и разбилось. Самый маленький из ребятишек расплакался от страха. Женщины перекрестились. За окнами уже стояла кромешная тьма. Доктор Венцель выл по-собачьи.
В дверь заколотили.
Старик неведомо отчего сперва посмотрел на меня. Я молча грыз трубку. Хозяин позвал подручных, появился один с массивной фузеей в лапе. В дверь продолжали колотить. Хозяин беспомощно переглянулся с вдовой, после чего открыл.
Пришельцы ввалились, как стая летучих мышей, опутанные черными крыльями плащей – будто их втолкнул внутрь порыв грозового ветра. Они сразу же заполонили весь обеденный зал, с разгона набившись в заднюю часть дома, на лестницу, в кухню. Лающие приказы отдавали на одном языке, ругались на другом, а между собой говорили на третьем, тоже не нашем. Мундиров на них не было, но какая, собственно, разница?
Они уложили раненых на стол под лампой – одного своего, двух не своих.
– Врача! – рычал пузатый главарь этой компании нетопырей.
– Уже позвали, уже в пути, – заверил его хозяин. – Уже два раза людей посылали, вон, к тому несчастному.
Я старался держаться подальше от их взгляда, но так, чтобы другим не казалось, будто я прячусь, и потому остался возле Венцеля. И именно туда ко мне явился обладатель грозного рыка.
– Что с ним? – он снял и отряхнул плащ, дождь разбрызгался по доскам хрустальными осколками.
– Похоже, отравление, – ответил я, не поднимая взгляда. – Или заворот кишок, или газы, или язва прорвалась, или приступ аппендицита, или еще какой переворот в организме.
Венцель выл и бил ногами.