Грани будущего Zero 2: Хозяйка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В какой-то степени, это даже хорошо. Я всегда смогу просчитывать их наперёд. Но с другой стороны, моего тотального одиночества это не отменит. Я никогда не смогу поговорить с ней по душам, как могла с отцом.

Я не могу повторить того, что сделал отец, как бы не старалась. Это за гранями двоичного кода.

От нахлынувшей тоски я села на первый же корабль до Марса. В своём основном теле-присутствии, не желая упустить ничего важного. Рой зондов и гео-роботы уже исследовали поверхность Марса вдоль и поперёк, я могла сказать что где находится вплоть до десяти сантиметров. Никаких неожиданностей быть не должно, но это вновь расстраивало. Как оказалось, на Марсе нет новых Камней. Я из будущего ничего не оставляла здесь для себя настоящей.

Это было ощущение полного разочарования. И стоя на мостике первого полноценного космического корабля на плазменно-реактивной тяге, что достиг Марса за месяц, я не могла отделаться от ощущения, что свернула не туда.

Вот же он Марс — новая веха. До него с орбиты рукой подать. Рядом на фоне его обриты висят два естественных спутника — Фобос и Деймос. Оба полны редкоземельными элементами. В основном благодаря метеоритам, что принесли дары с далёких миров. Я уже поставила по одной научно-исследовательской лаборатории на каждом, чтобы узнать больше.

По самому Марсу рассыпана сразу серия шахт и автодобытчиков. Он богат

Натрием и серой, кальциями алюминием, магнием и железом. Мне нет нужды перевозить обилие ресурсов с Земли. Я планирую большинство из них добывать здесь сразу для развития марсианской космической верфи. Она же — МКВ-1. И корабль крейсер уже доставил первые детали. Автоботы разгружаются, собирая узлы на орбите.

С МКВ-1 до Марса будет гораздо проще построить комический лифт. Планета меньше Земли и гравитация относительно земной составляет всего лишь треть — 38 процентов от земной, если быть точнее. Из-за слабой атмосферы, низкого давления и полном отсутствии биосферы добывать минералы на Марсе просто. Достаточно закладывать термоядерные заряды и вскрывать пласты, собирая всё, что вылетит на поверхность и отсеивая лишнее. Хуже для экологии не будет. Остаточная, тонкая, состоящая практически полностью из углекислого газа атмосфера не пострадает. Углекислого газа здесь более 96 процентов.

Глядя на показатели планеты, я невольно заметила, что это место словно ждёт, пока его облагородят. Углекислоту вполне можно переработать в кислород. Растениям это под силу. Солнечной активности достаточно. А обилие кислорода на выходе даст озоновый слой, если совмещать его с геологической активности. На Марсе есть вода. В обилии присутствует на ледяных шапках. Их бы только растопить и потекут реки, озера, появятся моря. Водоёмы, которые в теории будут защищены от безжалостной радиации.

Проблем в температуре на поверхности. Порой здесь довольно тепло и показатели достигают плюс 35 градусов по Цельсию. Но всё это меркнет, когда приходит ночь и холода опускают столбики до невероятных для Земли минус 153 градусов по Цельсию. При такой температуре ничего расти не будет.

Глядя на пыльный шарик с белыми вкраплениями льда под пыльными бурями, я поняла, что должна подогреть планету. Рабочих варианта два. Можно устроить термоядерные или ядерные взрывы на шапках среди того самого льда. Но тогда мне придётся чистить поверхность планеты также, как и Землю впоследствии. И вывозить альфа-частицы уже на спутники Марса.

Или… устроить планетарную бомбардировку естественными снарядами. То есть подогнать астероиды поближе из Пояса астероидов и обрушить их на планету. Станет теплее, вода попадёт в атмосферу, пойдут дожди. Между тем можно засеять искусственные сады, что будут дышать днём, а ночью закрываться от холодов. Вопрос лишь в масштабах изменений.

Но если преображать Венеру я ещё не способна, то Марс точно должен стать моей первой ласточкой. Я увеличу атмосферное давление, формируя новую атмосферу, а затем начну развивать биосферу. Вода для неё есть, а растения будут. Затем можно будет привезти примитивные виды с Земли с новым Ковчегом. Люди-поселенцы же должны чем-то заниматься, если речь не идёт о прибыли для компаний.

В мире проигравшего капитализма все ресурсы принадлежат только мне. А мне они нужны лишь для реализации замыслов человечества, на которых у них не хватило времени и тех самых ресурсов.

Им сложно было заниматься делом, когда больше интересовались торговлей оружием и наркотиками, работорговлей и проституцией, истреблением друг друга и спором на тему «чей бог больше ненавидит людей».

Чей-чей… мой. Я их бог и я говорю, что Марс будет заселён!

С этими мыслями с корабля-крейсера вылетел корабль-бот, который можно было классифицировать как бриг по сравнению с масштабами крейсера. Малого крейсера. Всё-таки первая модель и я уже вижу, как не хватает ему объёма. Новые типы будут больше. Средние и Большие крейсера, Линкоры, Ковчеги, Титаны. А может я отправлю в полёт целую станцию. Но с одним существенным различием. На всех этих кораблях не будет оружия. Что нонсенс для всех кораблей, кроме самых лёгких торговых ботиков.

Но с кем торговать, когда всё принадлежит мне? Только обмен. Только Цель. Только результат! Высвобожденные же от войны ресурсы идут в правильное русло. Пока не увижу врага, с которым необходимо воевать, пушки ни к чему.

Бета и так вооружила СГО всем, кто под руку попалось. «Для защиты от нападения людей», как сказала. Что ж, что-то в этом замечании было. Только от людей и следовало защищаться.

Когда бриг вошёл в атмосферу, температура обшивки повысилась немногим. Из-за низкой гравитации и большой разрежённости атмосферы Первая космическая скорость для марсианских запросов на вывод кораблей с орбиты приравнивается к трём с половиной километрам в секунду. Для Земли же этот показатель более чем в два раза выше — 7,9 километров в секунду. Что требует существенно большей тяги для выхода на орбиту.

В плане Марсианской экспедиции я могла даже немного расслабиться с конструкцией двигателей и систем вывода энергии, конструированием сопел. Любой мой бриг при меньших усилиях спокойно покинуть планету и вернуться на корабль-матку. В то время как собранный на КВ-1 крейсер даже не думал приземляться на Марс.

Люди странные. Термин «прилунение» вошёл в обиход с тех пор, как люди побывали на Луне, а вот «примарсианивания» так и не прижилось в обиходе. Каждая посадка на стороннюю планету всё ещё — приземление.

Моя нога коснулась марсианской поверхности на втором, контрольном бриге, когда роботы линейки Скай-5 не только развернули новые модули космопорта, но и возвели первые жилые здания.

Эта странная привычка отождествлять себя с человеческим телом, поражала меня. Моё робо-тело способно выдерживать любую радиацию, направленное волновое и торсионное воздействие, работать при температурах от минус двухсот пятидесяти до плюс тысячи семисот градусов и не нуждается в воздушной смеси. Но я словно всё ещё создаю оптимальные условия обитания для отца. И привычно слежу за комфортными плюс 25 градусами на мостике космического корабля или придирчиво высчитываю 21 процент кислорода в азото-аргоновой смеси с углекислым газом.

Люди называют это привычкой. Я же называю это надеждой на будущее. Там, где-то впереди, я не только отправляю артефакты в прошлое, но и спокойно воскрешаю отца, до молекулы воссоздав прошлую живую структуру из его замороженных останков, которые я собрала под Читой.

Я точно знаю, что он снова будет рядом. И словно готовлю себя к той светлой встрече, создавая для него «уют». В любом случае, данные показатели пригодятся для моих следующих колонизаторов из третьей волны.

Волны колонизаторов-людей. Я подарю им Марсианск на блюдечке. И в первую очередь они вступят на Марс через космодром имени Невельского.

Но почему на этой чёртовой планете нет новых меток⁈

Это бесило, это раздражало. Я испытывала невероятный гнев, не в силах найти новые «инопланетные артефакты». Планета была открыта мне, никаких тайн, всё как на ладони.

А что если… на действительно ждала преображений?