— Почему? — не понял его Чай.
Пленник кивнул на стену и веревки на его запястьях.
— У меня не слишком крепкий желудок, — пояснил он то ли в шутку, то ли всерьез.
Грейс Чай искренне рассмеялся. Он казался очень приятным и любезным, когда его лицо озаряла улыбка.
— Ты жалуешься на свое слабое нутро? — усмехнулся он, но затем его лицо стало серьезным. — Послушай, Брайант, у человека, который может сделать то, что сделал ты, должно быть, стальные кишки. Скажи мне, что ты чувствовал, когда прятался в Облаке, охотясь за нашей базой? Ты дрожал от страха?
Хью задумался и мысленно вернулся в прошлое. Это был его первый полет за пределы Млечного пути, и он помнил охвативший его дикий трепет, от которого замирало сердце, когда они оставили далеко позади последнее из окаймляющих Галактику солнц и он буквально окунулся в бескрайнюю, необъятную, немыслимую пропасть между нею и галактикой Андромеды, горящей впереди подобно могучему факелу. А еще там светились более дальние галактики, рассеянные по всему мирозданию подобно туманным звездным паутинам. Затем Брайант посмотрел назад и онемел от сверкания его родной части Вселенной, миллиарда миллиардов солнц, постепенно собиравшихся в единый рой.
Тогда он запустил корабль-разведчик далеко в черный океан, лежащий между звездными «островами». Он обогнул Облако с его внешней стороны, пробираясь среди его тайных звездных скоплений, где ничего никогда не менялось с тех пор, как сам Бог прошел этим путем, создавая космос на своем пути.
После этого путешествие Хью стало своего рода игрой — найти скрытый мир варконидов и не попасться самому, но игрой нелегкой, причем шла она в неизведанном регионе, где никогда не знаешь, что найдешь за следующим солнцем или очередной завесой туманности.
Однако Брайант был вынужден признать, что Чай не ошибся: он не помнил сильного страха, а потому просто отрицательно покачал головой в ответ.
— Тебе некогда было бояться, — вновь заговорил Грейс. — Слишком о многом приходилось думать, и слишком многое ты испытывал впервые. И слишком много было волнений, не так ли?
Хью опять согласился, скучно им не было.
Он, Бэд Уоллес и Джим Фелтри на крошечном суденышке, похожем на пескаря, скрывались среди диких солнц и мало-помалу проследили движение огромных акул-варконидов до их родного мира. А потом им надо было высадить на их планету Фелтри, дождаться его и снова взлететь, пробивались туда, куда не стал бы проникать ни один здравомыслящий человек.
Да, подумал Брайант, взлет тогда оказался неудачным. Чтобы спасти Фелтри, они с Уоллесом были вынуждены покинуть корабль и искать неисправность. И они нашли ее и устранили, но Бэд погиб и на корабль уже не вернулся. А Хью с Джимом как сумасшедшие, помчались прочь сквозь рой лун, окаймлявших варконидскую планету, пытаясь спастись от многочисленных преследователей.
С тех пор он убегал. И вот кульминация — его поймали.
— Но ты сделал это, Брайант, — уже с уважением произнес Грейс Чай. — В том-то и дело. Ты настоящий боец, и тебе не место среди этих толстых розовых людей, которые зарабатывают деньги в безопасных мирах. Ты принадлежишь нам.
Грейс придвинул свой стул поближе к пленнику. Его глаза были похожи на две горячие капли золота. Бляшки из благородного металла, свисавшие с его ушей и драгоценные камни в его сбруе почти ослепляли землянина.
— Послушай, Брайант, я дам тебе собственный корабль. Мы готовим набег на юг вдоль границы Галактики, далеко на юг, в новые секторы. Мы все разбогатеем, и у нас будет достаточно развлечений: новые солнца, новые миры, новые расы, новые женщины, новые виды добычи. Я не буду просить тебя идти против твоих собственных друзей. В Облаке немало представителей вашей расы, и ты не будешь одинок. Подумай об этом, Брайант.
И Хью подумал.
Подумал о золоте, славе и чужих солнцах. О том, как, подобно орлу, можно вылететь из ущелья и совершить набег вдоль края Млечного пути, чтобы завладеть множеством сокровищ. О таких вещах, которые ему было бы стыдно выразить словами, потому что они прозвучали бы странно в устах цивилизованного человека. Хью понимал, что в глубине души он не слишком отличается от Грейса Чая, а потому ответил уверенно и резко:
— Нет. Время для такого рода вещей прошло. Слишком поздно. Вас уже отправили в Магелланово облако. Следующим этапом будет… — Он пожал плечами. — «Выход».
— Ну что ж. Тогда мы вместе исследуем Туманность Андромеды, — спокойно сказал Чай. — Ты храбрый человек. Не заставляй меня убивать тебя.
Брайант посмотрел на варконида долгим взглядом и уверенно произнес:
— Я знаю, чего ты хочешь, Грейс Чай. Запомни, я тебе их не отдам.
Ничуть не смутившись, варконид налил им обоим еще ликера и откинулся на спинку стула, качая головой.
— Ты же знаешь, я не могу позволить Фелтри уйти с этими микрофильмами. Мы еще не совсем готовы к завоеванию Андромеды, а значит, мы его поймаем. Ему не выбраться с этой планеты. Мы нашли ваш корабль и разрушили его. Если Фелтри покажется на поверхности, мои патрули его заберут. Если он под землей — что ж, мы найдем его и там. Здесь идеальная база, Брайант, с множеством возможностей. Так что ты не можешь помочь Фелтри. А вот себе ты помочь пока можешь.
— Не получится, — выдохнул Хью и до дна осушил свой стакан.
— Тогда я хочу знать, кто еще есть в городе.
От неожиданности Брайант опешил.
— Что значит «кто еще»?
— Принесите это сюда, — велел Чай, оглянувшись на подчиненных.