Они продолжали путь, ориентируясь на высокий сигнальный пилон космодрома.
— Я полагаю, была веская причина для размещения здесь космопорта? — снова подал голос Джим.
Он был родом из Среднего сектора и не был знаком с этой частью Кольца.
— Конечно, — ответил Брайант. — Это промежуточная точка — то есть, она была таковой — на четырех основных маршрутах галактической торговли. Эта область космоса не богата звездами, и так случилось, что наша наиболее удобно расположенная система имеет планету, пригодную для жизни людей.
— Пригодную для жизни… — повторил Фелтри и грустно усмехнулся, натягивая капюшон комбинезона так низко на лицо, что из-под него почти ничего не было видно. — Я полагаю, все дело в том, что конкретно вкладывается в слово «пригодная».
Его замечание ничуть не смутило Хью — лишь немного рассердило.
— Воздух не ядовит, гравитация терпимая, и под куполами можно жить очень даже комфортно.
Тон Брайанта был резким, но его больше интересовало другое. Он все чаще вглядывался в небо, но все, что ему удавалось разглядеть — это огромное Красное солнце и холодные звезды, которые мерцали во тьме, на небе цвета синих чернил.
— Послушай, — внезапно сказал он, — если что-нибудь случится и мы разделимся, помни, что вход находится точно к северо-востоку от пилона в двух с четвертью милях. Понял?
— Понял. Но что…
Хью не дал другу договорить.
— Возможно, вход сразу найти не удастся, поверхность за двадцать лет могла измениться, а потому, ищи, пока не найдешь.
Он так часто делал это в детстве, что эти слова казались ему простыми и понятными. Фелтри же посмотрел на него долгим взглядом и тихо произнес:
— Нам просто лучше не разделяться.
Наконец, мужчины достигли подножия склона и тяжело зашагали по равнине, постоянно увязая в оседающей пыли. Время от времени Фелтри прикладывал руку в перчатке к передней части своего комбинезона и ощупывал небольшую выпуклость от спрятанного под ним футляра с катушками микрофильмов, которые и составляли цель их экспедиции. Брайант же все продолжал поглядывать на небо, где уже начало клониться к закату миновавшее зенит Красное солнце. Под ногами у них, в углублениях, которые ветер проделал в пыли, виднелись черные сгустки тьмы с полосками малинового света на гребнях.
Они уже очень устали, и каждый шаг давался им с огромным трудом. Их подталкивало вперед только одно: до конца пути оставалось всего около трех миль.
— Ложись! — скомандовал внезапно Фелтри. Его крик был похож на пистолетный выстрел.
Путники рухнули на землю и замерли. Затем Брайант немного повернул голову, чтобы видеть происходящее. К планете приближались два крейсера варконидов. Они были еще высоко и достаточно далеко, но их корпуса уже были хорошо видны — на них красиво играли блики красного солнечного света.
— Думаешь, они нас заметили? — почти прошептал Джим, тоже немного развернув голову.
— Вряд ли, на таком расстоянии…
Двое мужчин были сейчас крошечными, практически невидимыми пылинками в огромной пустыне. И все же Хью стал еще глубже зарываться в пыль. Он чувствовал себя огромным и голым, как одиночно стоящая гора. Фелтри, ощутив его движения, прижал его к себе, заставив затихнуть.
— Если будем лежать неподвижно, они нас заметят, — сказал он.
Далеко над горами два крейсера разделились: один повернул на север вдоль линии утесов, где они соединялись с пустыней, а другой направился в сторону космопорта.
— Один из них может обнаружить наш корабль, — заметил Брайант.
— Возможно, но тогда они будут искать нас где- то рядом ним. А если никаких признаков нашего присутствия не обнаружится, начнут прочесывать холмы, — ответил его друг. — Затем он задумался и как-то обреченно добавил: — Если только они не знают о твоем городе.
— Никто! — выпалил Брайант. — Никто не знает о нем, кроме меня!
— Хорошо, — примирительно сказал Фелтри. — Но если его нашел один человек, то может найти и другой.
— Послушай, — не унимался Хью. — Я, одиннадцатилетний мальчик, наткнулся не него абсолютно случайно. Это стало моей тайной, о которой я никогда и никому не рассказывал.
Фелтри удивленно посмотрел на него.
— Почему?