– Ну… Кредит, например. – Он пожал плечами. – Или, может, вы позволили бы нам пропустить пару платежей по ипотеке, чтобы банк все забрал, и мы могли бы переехать к вам?
– Это несправедливо, – возмутилась она. – И нечестно!
– В этом и суть жизни.
Розита наклонилась ближе, ее голос стал тише:
– У тебя была отличная работа – с льготами, приличной зарплатой. А ты все бросил. Из-за какой-то ерунды.
– Это была не ерунда!
Она вскинула руку, обрывая его:
– Конечно, конечно. Ты поругался с начальником. И вместо того чтобы взять себя в руки, извиниться и двигаться вперед, как взрослый человек, ты устроил истерику, ударил его, и теперь Беверли тянет на себе вас обоих.
– Я знал, что ты разговаривала с Беверли!
– Ну да, – спокойно ответила Розита. – Но если ты думаешь, что она подбила меня на этот разговор, ты ошибаешься. Она даже не жаловалась, просто рассказала, как обстоят дела. А я, зная тебя лучше, чем кто-либо, решила, что нужно поговорить с тобой лично. – Она протянула руку и легонько постучала кулаком по его лбу. – Вбить тебе немного здравого смысла. Ты должен сам искать выход, Хорхе. Нельзя всю жизнь надеяться на других.
Ее жест напомнил ему, как в детстве она пыталась его защекотать, и он не смог сдержать улыбку. Розита заметила это, ее кулак разжался, и она накрыла его руку своей.
– Я здесь не для того, чтобы пилить тебя. Честно. Я беспокоюсь за тебя и за Беверли. Хочу быть уверенной, что у вас все наладится.
– Я не валяю дурака, честное слово. Я уже ищу работу. Но это непросто. Вчера был на ярмарке вакансий, разослал с десяток резюме. Сегодня пойду по предприятиям заполнять анкеты. Я стараюсь.
– Мы с Тоддом, наверное, сможем немного помочь, если случится худшее, – сказала она, сжимая его руку. – Но только если совсем припрет. Ты должен попытаться справиться сам.
– Я знаю. Я все исправлю.
Она улыбнулась.
– Конечно. Ты же крутой парень.
Хорхе вышел из ресторана с ощущением легкости, которое подарила ему встреча с сестрой. Но едва ее машина скрылась из виду, эта легкость уступила место тревоге. Ему нужно было сдержать свое обещание найти работу, но, учитывая провал на ярмарке вакансий, он знал, насколько это будет сложно.
А если ничего не получится? Мысль о том, чтобы просить деньги у Розиты и Тодда, теперь казалась еще более болезненной.
Надо срочно что-то найти. Любую работу.
Он припарковался на задней стоянке ресторана, в то время как Розита оставила машину у главного входа. Идти туда было недалеко, но где-то на полпути слева от него вдруг рядом оказался мужчина. Почти одновременно еще один оказался справа.
Оба появились словно ниоткуда. Хорхе остановился. Он чувствовал себя скованным, как будто эти двое незнакомцев намеренно окружили его. Он надеялся, что их фланговые позиции – совпадение и они продолжат свой путь, но, как только он замер, те тоже застыли на месте.
Стоял полдень, вокруг было много людей. Если бы Хорхе не мог отбиться или убежать, он, по крайней мере, мог закричать достаточно громко, чтобы привлечь внимание. Тем не менее он нервничал, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Левый был невысоким коренастым афроамериканцем, правый – высоким худощавым кавказцем. Оба носили видоизмененные черные деловые костюмы.
– Что вам нужно? – спросил Хорхе.
Первым заговорил афроамериканец:
– Мы хотим предложить вам работу.
Работу? Что это значит? В этих двоих было что-то угрожающее, и Хорхе не мог не задуматься, не скрывается ли за словами о трудоустройстве какой-то эвфемизм. Может, они пытаются втянуть его во что-то незаконное?
– Неинтересно, – отрезал он и, развернувшись, пошел к машине.
Мужчины не отставали.
– Стартовая зарплата в ДТС – пятьдесят тысяч в год плюс льготы, – произнес белокожий.