- Ты моя жена и ей останешься, - лицо мужа побагровело, - лучше сама бросай своего мужика, найду, хуже будет. Подбросить наркоту несложно.
- Господи, - не выдержала я, - как устала уже от твоего бреда. Уходи, оставь меня в покое. Неужели не можем договориться, как нормальные люди?
- Я в своей квартире, - Виталик подошёл ко мне, обдавая вонью, - ходил и буду ходить. Выметайся, если хочешь.
- Хорошо, я уйду. Соберу вещи.
- Куда? – Муж сжал кулаки, - к другому. Ты моя жена!
- Да определись ты уже! – Воскликнула я, - то выметайся, то жена. Сколько можно? Всё! Я ухожу. Оставь меня в покое. Тронешь, напишу заявление в полицию.
Хохот Виталика сотряс воздух:
- Кому? Кому ты напишешь, дура? Моим подчинённым? Все менты с моих рук едят, напишет она.
- Уходи, прошу тебя. Хватит.
Вжалась в стену, схватив баллончик. Виталик, по привычке, заломил мне руку, но я успела вывернуться, и струя перцовки полилась ему в лицо. Он отпрянул от неожиданности, а потом рассвирепел. Из глаз его текли слёзы вперемешку с соплями и слюной, но он не отступил от меня. Одним ударом сшиб меня с ног и задрал халат, брызгая слюной:
- Сучка, я всегда буду делать, то, что хочу.
От боли в голове помутилось, я лежала и ждала, когда всё закончится. От мысли, что всё будут видеть чужие люди было мерзко, стыдно, противно. Виталик пыхтел, как боров, разодрав на мне бельё. Минут через пять всё закончилось, он устало слез.
- Ты моя жена, - муж прошёл к раковине, смывая жгучий раствор, глаза его заплыли, - и всегда ей будешь. Попробуй уйти, посажу.
Я одёрнула полы халата, перцовка попала и на меня, оставляя красные саднящие следы. Спорить не стала, не услышит. Пускай, сделаем всё, как предлагала Ольга. Виталик отмылся, бросил мне пару смятых купюр и ушёл. И в этот момент раздался телефонный звонок.
- Саша? – Послышался в трубке голос Ольги, - ты в порядке?
- Виталик приходил, - дальше слов мне не хватило, горло перехватило, - я ухожу. Здесь он мне покоя не даст.
- Бил? – В голосе начальницы послышалось напряжение, - а перцовка?
- Не помогла, - хохотнула я на нервах, - бил и надругался. Я ухожу. Найду квартиру.
- Вызывай ментов, - голос Ольги стал суровым, - сейчас же. Саша, не жди. Мы едем.
Её звонок придал мне сил. Я набрала номер полиции, – послышался безучастный голос дежурного. После того как продиктовала адрес, трубка замолчала.
- Аверьянова? – Очнулся мужчина.
- Да.
- Вас изнасиловали?
- Да, я уже всё вам объяснила.
- Муж? – Продолжал блеять дежурный.
- Молодой человек, вы издеваетесь? Я звоню вашему начальству.
- Участковый едет, - очнулся он, наконец и сразу положил трубку.
Во дворе замигали огни скорой помощи, и в ту же минуту раздался звонок домофона.
- Побои? – Деловито спросила медсестра, - вызывали?
Я открыла дверь, понимая, что к врачам обратилась Ольга. Юная девушка в белом халате осмотрела моё лицо, зафиксировала побои, смазала места, обожжённые перцовкой, и обработала расцарапанные руки и ноги.