Оба сверхчеловека по старой привычке сорвались с места «волчьей рысью» – сто быстрых шагов и столько же шагов бегом, и так снова и снова, хотя измененные сердца не ощущали усталости. Впрочем, добраться до зиккурата они уже не успели.
Перистые облака разошлись, пропуская корпус челнока. Малый корабль падал и горел на лету. Это зрелище наполнило Каю падение «Титании», но теперь он стоял на земле и в некотором роде находился «с другой стороны».
– Это который челнок — твой или бывший сирмийский? – поинтересовался Шандор.
– Какая разница. Лучше убраться в сторону и не ждать, пока он рухнет. Рванет варп-ядро — мало не покажется.
Они сорвались с мест, на этот раз не чередуя шаги, и вложив с скорость бега всю силу супервиро.
Через короткое время земля содрогнулась, а потом содрогнулась еще раз. Полыхнуло так, что заныли даже усовершенствованные глаза. Ударная волна пришла через положенное число секунд, и ее напор оказался страшен.
Эсперо кое-как встал на ноги, выбравшись из-под полуметрового слоя рыхлой горячей земли. Руки до локтя пятнали ожоги, кожа на щеке сгорела до мяса. Шандор тоже пострадал – он лишился бровей и волос на виске.
– Что там горит?
– Оба челнока. Дрались до конца, им наверняка предлагали сдачу.
– Наша Чанда обосралась.
– Оставь шутки при себе. У нее не было опыта в трехмерном бою. Хорошо, что город не пострадал. Оплакивать мертвых будем потом. Пошли, вернемся в зиккурат, там пункт связи.
– Ладно, но говорить с Космофлотом буду я. Дхами часто тупит, а ты слишком прямолинеен.
Кай повернулся и пошел прочь, под жарким небом полудня, он не ощущая в душе ни прежней боли, ни прежней ярости, только странную, сквозящую пустоту. «Наверное, боль придет завтра, – подумал он. – У меня что-то с глазами, будто их высушил ветер. Так было на Меркурии, когда я в детстве бегал от Раста».
Наверное, тот старый побег был знамением свыше – бегать потом пришлось много: от наемных убийц, от адмирала Крайтона, от мстителей из его подручных, от Шеффера, от команды «Алконоста».
«Больше не побегу, – подумал Эсперо. – Развязка будет здесь. Предел исчерпан».
Зиккурат встретил его прохладой и жужжанием примитивной вентиляции. Мертвая Роза лежала на циновке у стены.
-- Не сердись, брат, что я по связи не сказал, -- оправдывался бледный и подавленный Дхами. — И помешать не успел, прости, прости.
-- Кто ее убил?
-- Чанда.
-- Как?
-- Я не видел. Она уже все сделала и шла к челноку. Сказала — пускай Эсперо воскрешает.
-- Понятно, -- У Кая напряглись скулы, -- Что еще?
-- Нас вызывает Космофлот.
– Отойди в сторону, чтобы тебя не видели. Я тоже отойду. Пускай говорит Шандор.
– Крейсер «Карфаген», капитан Дохсун, – раздался чужой голос сквозь пелену помех. С кем я говорю?
– Джаник Шандор, старший бармен с грузового судна «Лапландия», последние два месяца провел в плену у пиратов..
– Так вы не из них? – поинтересовался Дохсун чуть помягче.
– Нет, конечно, я же человек, а все пираты были — супервиро.
-- Ладно, допустим, но вы и сами похожи на супервиро, – с некоторым сомнением продолжал капитан, явно сверившись сначала с планшетом.
-- Я не супервиро, просто блондин. Нормальный парень, у меня есть дочка.