— Никто! Понял? Никто. Я должна помочь дяде Ричи справиться с депрессией. Все. А теперь пусти меня и никогда, слышишь, никогда не прикасайся ко мне.
Тео упирает ладони в стену по обе стороны от моего лица и наклоняется ко мне.
— Не выйдет, Соня. Мы уже старались раньше. Ничего не изменилось. Надо было держаться от меня на расстоянии половины света. Но ты тут, — шепчет Тео, обжигая дыханием. Его слова с ума сводят. Тео берет мою руку в свои, на запястье щелкает замок. Смотрю на руку и снова, как и четыре года назад, он делает мне подарок в виде браслета. — Только попробуй снять мой подарок. Накажу, Соня, но тебе даже понравится это.
Тео прикасается к моим губам своими, легко, еле ощутимо. Разворачивается и уходит. А мои щеки горят. Этого не должно было повториться. Этого нельзя допускать.
Глава 30
Телефонный звонок разбудил меня в шесть утра.
— Да, — сонно отвечаю я.
— Софи, я буду через полчаса. Давай, просыпайся, — говорит Роб бодрым голосом. Интересно, во сколько он встает. Я даже глаза не могу разлепить, а он словно уже на пробежку успел сходить.
— Хорошо, — сонно бурчу я.
Не хочу вставать, не хочу вылезать из постели и куда-то ехать. Прохожу пару стадий отрицания, уговариваю себя и ползу в душ, нужно взбодриться. После душа я успела выпить кофе, нанести легкий макияж и переодеться. На мне белые обтягивающие джинсы (охотиться я ни с кем не собираюсь, мне говорить надо), майка и мягкие кожаные ботинки.
К следующему звонку Роба я уже успела собраться и ждала его с чемоданом возле дома.
— Привет, — улыбаясь, здоровается Роб, забирает мой чемодан, убирает его в багажник, — Запрыгивай вперед.
— Ты во сколько встаешь, что такой бодрый? — спрашиваю я, усаживаясь в его джип и пристегиваясь ремнем безопасности.
Очень непривычно видеть Роба в джинсах и майке, а не в костюме. А главное — он без охраны, что очень удивительно.
— Ты лучше спроси, ложился ли я, — Роберт резко нажимает на газ, и машина срывается с места.
Гоняет он как ненормальный. Хорошо, что я пристегнулась ремнем. Очень надеюсь, что он довезет меня целой... но с каждой минутой этой надежды становится меньше.
— Ты всегда так носишься?
— Может, я хочу на тебя впечатление произвести, — смеясь, говорит Роб. Я точно знаю, что он не серьезно, характер у него такой — все время шутит. Он мне за эти дни столько картинок прислал с приколами, что я не успевала смотреть.
— Произвел, — говорю я, руками вцепившись в кресло, — Впечатленье, что ты ненормальный.
— Не, я нормальный. Просто мне скучно. Почти всегда скучно.
Роберт вздыхает. Вот же избалованный принц Роберт, перед ним весь мир открыт, а он скучает. Избалованный мажор.
— Может, тебе занятие найти, чтобы не скучать?
— А толку? Никто не верит, что я что-то могу из себя представлять. Я же баллут и гуляка.
— Перед тобой открыты огромные возможности. Ты можешь заниматься чем угодно. А ты скучаешь.
Роберт достает из кармана пачку сигарет и прикуривает.
— Ты куришь? — спрашиваю я. Никогда раньше я не замечала этой привычки. Тео да, неоднократно курил при мне, но не Роберт.
— Да, — пожимает плечами Роб, — Не знала?
— Нет.
— Потому что всем плевать. Я хотел бы проектировать самолеты. Но никто не расценивает меня всерьез. Я прихожу, и все видят избалованного принца Роберта, у которого мозгов как у курицы, и при этом все улыбаются мне, кивают.
— Так ты сам виноват, — говорю я без стеснения, — Ты открой новости: хоть раз было, что ты чем-то серьезным занимаешься? Нет. Пьянки, отели, тусовки, девушки. Роберт на яхте, Роберт на острове, Роберт покупает всем выпивку, спуская кучу денег. Хватит вести себя как ребенок, обиженный ребенок. Возьми и стань тем, кем хочешь, никто другой за тебя это не сделает.